Кирилл: Всем привет, друзья. И добро пожаловать на первый эпизод моего подкаста. Меня зовут Кирилл Скобелев, и я уже очень давно мечтал о том, чтобы проводить интервью с интересными людьми, которых я встречаю в жизни, и будь это артисты, предприниматели, учёные, спортсмены и кто угодно ещё, мне бы хотелось в разговоре с ними узнавать то, как они пришли к своим результатам в жизни, узнавать какие-то истории результатом в жизни, узнавать какие-то истории, их стратегии, тактики и, может быть, какие-то книги, которые они читали, то какие методики они используют в своей повседневной жизни. Всё это очень-очень интересно, поэтому я планирую проводить глубокие разговорные интервью с ними и пытаться, может быть, чему-то научиться или хотя бы вдохновиться их историями. В первом выпуске я представляю вам Стаса Шмелёва, с которым мы уже знакомы какое-то время, и мне показалось наиболее комфортным записать первый выпуск именно с ним, поскольку ему действительно есть что рассказать, и он это делает безумно интересно. Стас наиболее известен по главной роли в сериале «Ранетки», но на этом его достижения далеко не заканчиваются, и поэтому мы умудрились проболтать аж целых три часа. И я долго думал о том, что стоит выкинуть из этого интервью, но потом понял, что каждый кусочек по-своему важен, и поэтому пусть первый блин будет комом, и больше не буду вас задерживать, желаю приятного прослушивания. Поехали! Всем привет, друзья. Меня зовут Кирилл Скобелев. И сегодня будет первый выпуск моего подкаста-шоу, я ещё даже не знаю, как его назвать. И вообще немножко переживаю, потому что я никогда этого не делал, хотя я долго об этом мечтал. И изначально идея была в том, что часто я встречаюсь с какими-то людьми, которые интересные и многое сделали, наверное, в своей жизни. И когда я о чём-то с ними говорю, я понимаю, что я бы хотел поделиться теми диалогами, которые мы с ними вели, с другими людьми, с вами. И поэтому сегодня, чтобы мне было немножко легче, я позвал на первый эпизод, первый выпуск Стаса Шмелёва и Стас, скажи всем привет.

Стас Шмелёв: Всем привет. Я приветствую всех зрителей Кирилла и хочу вам немножко приоткрыть завесу тайны. Видели ли бы вы, как сейчас волнуется Кирилл? Серьёзно? Правда? Да, я никогда его не видел таким волнующим. Да, я никогда его не видел таким волнующимся, как сейчас. Обычно волнуется тот, кому задают вопросы. Но нет, передо мной сидит человек, который планирует задавать вопросы мне и волнуется. Давайте все поддержим Кирилла, наставим ему. Тут же ставят пальцы вверх, да? Я никогда в жизни не участвовал в подкастах, и мне очень приятно, что первым из всех своих подкастов ты решил записать меня. Хм, хороший вопрос. На

Кирилл: Не знаю, там просто, там, по-моему, звёздочки можно. самом деле, я просто понимаю, что за последнее время с тобой, наверное, были какие-то наиболее интересные разговоры на всякие жизненные темы. И да, и мне кажется, у тебя просто очень большой опыт, которым ты действительно можешь поделиться. Более того, ты можешь не только, не только у тебя есть опыт, а ты реально можешь им поделиться. На самом деле, Стас, всё, давай начнём, поскольку, не знаю, насколько все знают, кто ты такой. И расскажи немножко о себе, потому что я думал о том, что можно сказать про тебя, но я понимаю, что лучше тебя самого никто этого не скажет. Хмм, кто я такой? Естественно. Всегда хочется сказать, Расскажи, почему именно меня?

Стас Шмелёв: что я просто человек. Ты имеешь в виду, чем я занимаюсь? Ну, на самом деле, интересно было бы, с чего ты начинала, какой-то немножко путь описать. И мы не ограничены временем.

Кирилл: Да, чем ты занимаешься? По роду деятельности? Нет. В этом-то и прикол. С чем? Меня? Нет.

Стас Шмелёв: В этом-то и прикол. С чего я начинал?

Кирилл: Угу. Ну, хорошо, ладно, давай, чем ты занимаешься сейчас и с чего ты начинал и как к этому пришёл?

Стас Шмелёв: Угу. Если вообще сейчас можно что-то сформулировать чётко... Ну, мне достаточно понятно было, с чего я начинал. Такой вопрос меня вполне устраивает. И я считаю, что рано или поздно в жизни человека происходит какая-нибудь такая ночь, когда он начинает в себе копаться и думать там, типа, а чего у меня получается, с чего я начинал? И поэтому я себе когда-то дал ответ на вопрос, что было моим становлением, и поэтому мне легко на него отвечать. Э-э-э, меня очень сильно сделало то, что в самом раннем детстве мои родители развелись. Вот, как бы это ни звучало, это сделало вообще, на мой взгляд, всю мою жизнь и вот эту целеустремлённость и всё подряд. То есть...

Кирилл: Подожди-подожди. Мы просто прямо сразу так начали. Хорошо, хотя бы откуда ты? Откуда я? Где твои родители были? Где ты?

Стас Шмелёв: А-а, я родился в городе Тула, это 2 часа от Москвы. Всего лишь 2 часа. Если приехать туда, то ощущение, что ехать до туда часов десять. Так вот, в Туле я всего лишь родился. А-а, жил я всю свою сознательную жизнь. Нет, не всю. Я же уже дольше прожил, чем ту сознательную жизнь. Жил я первые 16 лет в Тульской области, городишко назывался и называется до сих пор Алексин. Там, по-моему, тысяч пятьдесят. Хотел сказать зрителей. Привычка от YouTube. Там 50 000 примерно человек проживает, и чтобы понять насколько маленький город, могу сказать, что там всего лишь 14 маршрутов автобусов. Вот в таком городе я прожил 16 лет. Вот в таком городе познакомились мои родители и развелись.

Кирилл: Скажи, пожалуйста, в какой момент они развелись? И помнишь ли, что было в тот момент? Ты помнишь, насколько?

Стас Шмелёв: Я никогда не общался с ними втроём. Вот Э-э, втроём, вот на какие-то такие темы. И вообще втроём мы виделись всего пару раз в жизни. Ну, в смысле того, что я помню. Совсем, когда мне там было месяц, наверное, мы бывали втроём. Но я этого не помню и об этом мы не говорим. И-и поэтому у меня нет чёткой информации. То есть я у одного могу спросить, могу у другого спросить, но так как они развелись лет сколько там 27 лет назад, наверное, то и они, наверное, не помнят чёткого ответа. Но у меня по ощущениям, что они развелись, когда мне было месяца три. Мне так кажется. Угу. Ну, в любом случае, ответ понятен, то, что я никогда не жил ни с мамой, ни с папой, потому что как только...не с папой, потому что как только они развелись, меня отдали бабушке. И я всю жизнь воспитывал себя сам. И вот почему я когда-то смог себе ответить на вопрос, когда же всё началось? Ровно с самого начала, когда я, по сути, остался один.

Кирилл: Ну, подожди, всё-таки у тебя была бабушка, и она выполняла функции всех, и бабушка выполняла функции

Стас Шмелёв: Всех есть. Бабушка выполняла функции того человека, который делает меня сытым, и заставляет ходить в школу. Всё, больше ничего. То есть с температурой 39 бабушка говорила: «Иди в школу». И-и-и не в смысле, что она такая, знаешь, мучительница. Нет, это прекрасный человек. Бабушка жива, бабушка с 32-го года рождения. Бабушка с тридцать второго года рождения. Вау.

Кирилл: Бабушку люблю, к бабушке езжу. И-и-и очень сильно ей благодарен. Бабушку зовут Нина Фёдоровна. Бабуль, привет, вдруг ты слушаешь подкасты на YouTube. Ну, я, кстати, не знаю, он будет, наверное, и на YouTube, и в ITONS. Я не знаю, где слушают подкасты на Android. А я вообще далёк от того, что такое па Я вообще далёк от того, что такое подкасты, и единственный, где я встречал это, я это видел в iTюнсе просто на компьютере. И Валентин Петухов Wilsacom офигительный видеоблогер, большой ему привет, если вдруг он послушает это. А-а, и он тоже пилит какие-то подкасты, причём, по-моему, они и в видеоформате у него были. Ну, они и в видеоформате у него бывают. Да.

Стас Шмелёв: Подкаст это как ответвление на канале. Да, но я так понимаю, что подкаст это всё-таки в первую очередь аудиоформат.

Кирилл: Ладно, мы немножко отошли. Расскажи, пожалуйста, про своё детство. И хорошо, ты рос с бабушкой, чем занимался? У тебя были какие-то увлечения, какие-то кружки? Что помимо школы вообще было?

Стас Шмелёв: Чем я занимался? Давай, это первый будет вопрос. Занимался я трудным детством, скажем так, всем плохим, что только можно представить. Э-э, ну, вернее, нет, только пил и курил. Больше ничего. Хуже ничего я не делал.

Кирилл: Серьёзно? Я, кстати, не знал.

Стас Шмелёв: Да, я всё детство осознательно Всё детство сознательное до юности, где-то с 9 лет до 15, я постоянно пил и курил, потому что в этом городе, ну, вот так сложилось, что я могу сейчас сказать, что совершенно нечего было больше делать, но это не так, потому что я занимался. Это вторая часть твоего вопроса, в какие кружки я ходил или нет. Я ходил вообще во Был или нет? Я ходил вообще во всевозможные кружки, чтобы как-то себя занять. Я занимался баскетболом, плаванием, боксом, играл на фортепиано, я ходил на бальные танцы. Хмм, в какой-то момент мне захотелось занять время, и я пошёл. В школе было макраме. Шёл в школе было макраме, если кто-то знает... Да-да, такая не вышивка, а что это, плетень. Вот, плетень. Я ходил, например, в продлёнку всё время, потому что я не хотел идти домой. Потому что школа вроде как закончилась, и мне, ну, я-я жил в соседнем доме от школы, и я могу пойти домой. Но я хотел больше времени проводить со сверстниками, с классом, я Ходить со сверстниками, с классом. Я всё время хотел общения какого-то. И, ну, как понятно уже, тот, кто пьёт и курит, он, видимо, двоечник-троечник. Да. Я, соответственно, плохо учился. И-и в продлёнке был какой-то шанс сделать домашнюю работу. Ну, то есть заранее её списать, там, что-нибудь такое. Записать там, что-нибудь такое. И из продлёнки, кстати, у меня есть одно воспоминание хорошее. Прям мне запомнился момент какой-то учительница, которая читала нам вслух в группе «Продлённого дня», она в какой-то момент сказала: «Шмелёв, ты меня слушаешь?» И я говорю: «Ну да, слушаю». А она говорит: «Нет, запомни раз и навсегда. Слышать и слушать это разные вещи». Да. И это она мне сказала, когда мне типа было лет там, не знаю, десять, и я такой прямо задумался об этом. не слушать. Ладно, это я отошёл от темы. Э-э-э. Мне кажется, у всех такое

Кирилл: Что реально же можно слышать и вообще бывает по поводу слышать и слушать. Я думаю, что

Стас Шмелёв: вот я уже рассказал 50 предложений по поводу вот этого, чем я занимался, и пил и курил, и всё равно самое интересным остаётся

Кирилл: пить и курить. Да. И поэтому вот об этом я расскажу подробнее. Дело в том, что в девять лет я впервые

Стас Шмелёв: попал в детский лагерь. А-а, в детский лагерь. Потому что на лето бабушке нужно было меня куда-то сбагрить. Потому что, ну сколько можно меня кормить постоянно? Есть шанс, что три недели меня будет кормить лагерь. Вот. И в лагере я попал в отряд, где все были на два года старше, чем я. И-и И-и-и мне было 9 лет. Ребятам в основном 11, кому-то вообще 12. И все они были из вот этого моего города, который можно назвать, наверное, трудным городом. Э-э-э, сейчас я туда иногда приезжаю, особо там ничего не меняется. Просто супермаркеты появились с тележками и всё. А-а, и ну меня заставляли курить. А-а, и-и-и ну меня заставляли курить. То есть, в прямом смысле первая сигарета была, ну, сознательная сигарета была, в девять лет, её заставляли меня, ещё была не очень сознательная. В 7 лет я пытался отомстить дедушке. Я очень переживал всегда. Я жил не просто с бабушкой, а с бабушкой и их сыном. То есть вот это родной брат мамы. Вот. То есть мы жили вчетвером, вот. И дедушка всегда курил всю мою жизнь, как я его помню, он курил. Меня это очень сильно беспокоило, потому что в то время на телевидении ещё не были запрещены антирекламы. И я видел несколько ужасных реклам, что может быть с человеком, если он будет курить. Я переживал за дедушку, потому что он курил, курил в туалете он на улице повсюду. И в какой-то момент я начал брать с него обещание, что он бросит курить. И он мне всё время обещал. Всё время постоянно обещал. Видимо, просто чтобы я отстал. Сейчас, когда я повзрослел, я понимаю, что я бы, наверно, тоже ребёнку что-нибудь постоянно обещал, лишь бы он отстал с этими сигами. Мне постоянно обещал, лишь бы он отстал с этими сигаретами. Но в какой-то момент я с него прямо серьёзное взял обещание. И это было зимой. Я запомнил то, что это была зима, потому что я запалил его через пару дней. Я сказал ему на горке, откуда я на санках ехал вниз, что: «Дедушка, я поехал вниз». Он такой: «Ну давай». И я поехал вниз и проехал 3 м. Он отвернулся, видимо, я должен, ну, низко. И я такой свернул направо и начал на него смотреть. Мне было 7 лет. Вот. Он достал сигарету и закурил. И я подумал, что: «Ах ты, вот ты не держишь обещания, вот ты взрослый человек! Ты же мне прямо пообещал». Я пришёл домой, украл у него сигарету. Это была сигарета Prima без фильтра. И пошёл в туалет после него, потому что никто меня не заметит. Ну, он курил в туалете, значит, я схожу в туалет после него и просто выйду, и все подумают, что это он курил. Вот. В семь лет я вставил сигарету в рот и поджёг её. И я не мог затянуться по той причине, что я не знал, что нужно какой-то воздух в себя вбирать и что-то ещё. Я просто видел, что мужики подставляют сигарету ко рту, и она как-то курится. У меня ничего не получилось в семь лет, поэтому я на это забил. Это моя была первая несознательная сигарета. Сознательная была в девять, мне не понравилось, но я достаточно быстро втянулся и когда лагерь закончился, первые три недели вернувшись домой, я уже начал сам покупать сигареты. Это были сигареты за 4 9 лет. Да, мне было девять лет. Сигареты за 4 назывались Опал. Позже я перешёл на сигареты Pegas за 4,50, и чуть позже я перешёл Пятьдесят, и чуть позже я перешёл на сигареты «Астра» за 5 К ним прибавились сигареты «тройка» за 520, новость за 520. То есть, видишь, я начал больше зарабатывать.

Кирилл: Когда же всё помнишь? А, ты уже зарабатывать начал?

Стас Шмелёв: Да, я очень, я визуал по жизни, я всё, что вижу, то есть, если я что-то слышу или читаю, то я слабенько запоминаю. Ну, слабенько запоминаю. Но если я что-то вижу и это на меня какое-то влияние хоть какое-то моральное, там, эмоциональное производит, то я это запоминаю. Я помню все пачки сигарет, потому что я на них смотрел в палатках, я помню их цены, я помню, вот я говорил сейчас, что я видел, как дедушка курил. Я лично помню, как это было. И я всё, что я сейчас буду говорить, я это помню и вообще не забываю никогда. На самом деле, это удивительно. Да, я в 9 лет начал зарабатывать ровно по той причине, что у меня впервые появилась потребность в деньгах, то есть сигареты. Как? Возможно, то, кем я сейчас стал, это, ну, как я уже говорю, это развод, это лагерь и это сигареты. Из Из-из-за того, что мне нужно было зарабатывать деньги, иначе мне не будет нечего курить...

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Из-за этого я начал сдавать бутылки. Ого. Хмм, да? То есть одна бутылка пивная сдать её стоило 50 копеек. Следовательно, мне нужно найти 10 бутылок и...и сдать 10 бутылок, и тогда у меня будут сигареты на сегодняшний день. Вот.

Кирилл: А то есть тебе нужна была пачка в день? Ну, достаточно быстро мне стала нужна пачка в день. Да.

Стас Шмелёв: И я их, ну, нянь И я их, ну, я не мог как-то иначе заработать примерно лет до тринадцати, наверное. В 13 лет у меня появился новый заработок. Но вот именно, если у тебя, твоим слушателям интересно, кто как там финансово чем занимался, то вот я в 9 лет начал зарабатывать с тех пор ни разу не переставал. Ну, то есть переставал я на наверное, когда в институте учился, там вот на первом курсе, вот я, наверное, только тогда не ходил на работу и никак не зарабатывал.

Кирилл: Ужас. Подожди. И сколько это длилось? Ну, то есть в девять лет ты начал курить? Да, в 9 лет я начал курить и собирать бутылки. Скажи, это какие примерно годы были? Потому что, ну, немножко для контекста, потому что может быть... Я

Стас Шмелёв: родился в восемьдесят восьмом, следовательно, 88—88 плюс девять, девяносто седьмой год. Это в девяносто пятом? Мой год... Это в девяносто пятом я пошёл в школу, плюс два года. Видимо, это второй класс был в девяносто седьмом году. И это в прямом смысле было, э-э, ну, есть такое понятие хаслить. Угу, да. Знаешь, вот-вот я хаслил в девять лет, я такой, знаешь, я выходил на улицу и я начинал следить за мужчинами, которые идут группами. Потому что если вон те три мужика идут втроём, то, наверное, они закончили работать и они идут расслабиться, попить пивка. Угу. Вот ты к ним на хвост падаешь и идёшь на центр. А у меня вот, мне

Кирилл: повезло... На центр, то есть это так называлось? Да, мне повезло. У меня вот дедушка и бабушка, они были э-э ска- ну, не знаю, как сказать, нормальными или какими правильными? В общем, классными, хорошими людьми, что они много работали: бабушка на химкомбинате, дедушка в милиции. И они м-м-м ну там заработали как-то или там им ли дали, не знаю. Ну, в общем, так получилось, что квартира, в которой я жил, находилась в самом центре. Она была возле Дворца культуры,

Стас Шмелёв: возле главного фонтана, где отмечался День города, и возле школы. То есть я вот сейчас живу в центре Москвы, да, и у меня всё в пешей доступности, и точно так же у меня было раньше в городе... Алексин. И поэтому я просто брал за тремя мужчинами, шёл с ними вместе на центр и видел, как они втроём каждый покупает две бутылки пива. То есть шесть бутылок это у меня 3 А начинал я с сигарет за 4 если ты помнишь. Соответственно, вот, если я за ними сейчас прослежу, то они Если то они куда-то пойдут и по пути они выпьют каждый по бутылке, и постепенно кто-то будет быстрее выпивать и выкидывать. Там кто-то в травку выкинет, кто-то в урну, кто-то ещё куда-то. И вот я с пакетиком просто иду за тремя мужчинами на расстоянии метров сорока. Потому что если я буду идти метров на 100 от них, то меня...сто от них, то меня опередят, потому что я такой не один. Вот. Такой вот достаточно страшный город.

Кирилл: И причём ты идёшь по улице, а ну ты занимаешься вот этим вот заработком денег, а на асфальте в это время валяются целлофановые пакеты использованные из-под клея, потому что кто-то не сигареты курит и пиво а клей нюхает. И-и от этого вот я как-то уберёгся. Всё же всегда зависит от друзей, от того, кем ты себя окружаешь. Ну вот, кстати, я и хотел об этом спросить: этим занимались все, собирали бутылки? Или это у тебя какая-то была идея и ты этим занимался?

Стас Шмелёв: Ой, я в девять лет я был абсолютно один. Меня очень сильно сломало На один. Меня очень сильно сломал тот лагерь, вот о котором я рассказываю. Я сломал в плане. Меня били там постоянно. Я же говорю, что я вот попал вот в этот отряд, где на два года старше, чем я все были.

Кирилл: Били. Ну, били, издевались там. Ну, всё, что можно представить, знаешь, ну там в классе лузер, да? Лузер, очкарик или что-то такое, да? Ты Кузер, очкарик или что-то такое, да? Ты толстый, кто-то? Кто?

Стас Шмелёв: Серьёзно? Абсолютно серьёзно. Я всё, что я тебе сегодня расскажу, это будет абсолютно серьёзно.

Кирилл: Нет, просто я вообще не ожидал. То есть у нас впервые, наверное, тут такая беседа

Стас Шмелёв: зашла, и я просто совсем не ожидал. Я подниму рейтинги твоих подкастов изначально. Да-да, это просто обалдеть, конечно. Ну да, у меня же в интервью такого не спрашивают, обычно интервью у меня берут. не друзья, и поэтому у меня язык не так развязан, а тебе я без проблем могу рассказать всё. Но в любом случае, если у тебя есть какие-то

Кирилл: вещи, я думаю, что которые не стоит...

Стас Шмелёв: Да нет, без проблем. Я где-то года три, наверное, назад понял, что действительно мой опыт может кому-то, ну, кто послушает сделать проще как-то жизнь. Типа, ну, открыть глаза на какие-то непонятные штуки, сделать их понятными. Поэтому я понял, что скрывать это глупо. Ну, я совершенно ничего не стесняюсь.

Кирилл: Да-да.

Стас Шмелёв: Я со всеми людьми честен, это очень удобно, никогда не приходится запоминать, что кому ты говорил. Это ну просто Что кому-то говорил это, ну, просто супер. Это правда. Да. Вот. И на чём я остановился.

Кирилл: На том, что тебя сломал лагерь.

Стас Шмелёв: Да. Да, и поэтому, когда, ну, вот в 9 лет меня это, ну, это были три худших недели в моей жизни. Ну, вот прямо, наверное, слово «издевались» самое правильное. Если я вдруг как-то неправильно надел майку, меня бьют. Если я не могу там как-то стишок рассказать, который они меня заставляют рассказать, меня бьют. В палате было шесть человек, я один и пять парней. Один, по-моему, был даже младше меня, а все остальные старше, но тот, который был младше меня, он был с того района, откуда все остальные. И это был район не центральный, не мой. И у всех у них были мамы и папы, которые давали им деньги с собой в

Кирилл: лагерь. А у меня была бабушка, она была главной в семье из тех вот, ну, там бабушка, дедушка и дядя. Дядя по сути сам по себе жил. Ну, просто взрослый парень, ему было лет там двадцать. Ему было лет там 25, наверное. Он работал, там у него была отдельная комната в квартире, ну, то есть он моим воспитанием, в общем-то, не занимался. И никто мне денег не давал. И поэтому в какой-то момент они сидели в палате, ну, в лагере и ели, например,

Стас Шмелёв: мороженое. Впятером. А я сидел, ну, мне куда-то нужно было, да? То есть я смотрел на них или в окно, или ещё что-то. Ну, естественно, меня спрашивали: «Чё смотришь?» Ничего. Мороженое хочешь? Нет, не хочу. Ну, ко мне начинают подходить и бить за то, что я вру, потому что явно я мороженое хочу.

Кирилл: И подожди, ну это серьёзно прямо тебя били? Или так как-то? Насколько Или так как-то далеко заходило?

Стас Шмелёв: Они делали всё, чтобы побоев не было видно. То есть, в основном, это было под живот, там, по заднице там с разбега, что-нибудь такое. Необязательно же бить для того, чтобы ломать человека. Мне, например, там в лицо плевали. Ну, типа, разрешали закрыть ладонью глаза и плевали мне на щёки. и говорили, что типа, вот каждый из нас плюнет, зато потом мы тебе разрешим мороженое поесть. Вот. И потом заставляли есть это мороженое, в которое тоже могли плюнуть. А могли не плюнуть, потому что у меня глаза были закрыты, я этого не видел.

Кирилл: Всё, Стас, это ужас. Я думаю...

Стас Шмелёв: Ну, в общем, да, я могу, не раскрывая скобок, просто сказать, что надо мной очень сильно три недели издевались в лагере. И выбравшись оттуда, я понял, что я, ну, один. То есть мне не с кем вот поделиться вот этим всем. А Одноклассники, ты же вроде с ними общался, сигареты курил? А с одноклассниками, понимаешь, я же не могу прийти в класс, в котором никто не знает, что я в лагере был лузером. Я же в классе не был лузером.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Я не могу прийти и сказать: «Ой, вы знаете, меня всё лето били». А, то есть в классе ты был... В классе я был абсолютно нормальным.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Э-э, ну, там же многое зависит от того, что, ну, в детстве, умеешь ли ты разговаривать, общаться с людьми. А-а общаться с людьми. Даже там в семь лет, это важно, в восемь-девять. И насколько ты симпатичный. Вернее, наоборот, э-э, не столько важно быть симпатичным, сколько важно не быть там толстым, некрасивым, да? Вот. У меня всё нормально было с рожей. И я умел разговаривать.

Кирилл: Поэтому с девчонками я без проблем. находил контакты. В семь лет я уже в классе признался девушке в любви, девочке. С парнями тоже никаких особых проблем не было, потому что со сверстниками я не смущался драться. Ну, или даже если не сразу драться, то там потолкаться и вот это всё.

Стас Шмелёв: Я не как лузер, я не при-при Я не как лузер, я не принимал каких-то ударов на себя. То есть, по сути, у меня было, ну, был статус в классе, проблем с этим не было. И я, естественно, боялся этого в 10 лет, когда, то есть лето закончилось, и я пошёл в школу, и я знал, что в лагере было несколько людей взрослых из моей школы, которые знали про ситуацию. Я встречая их в школе, я боялся, что в любой момент каждый из них может проговориться, что типа: «А вон вы со Шмелёвым дружите, а вы знаете, что вот он там типа вот такой». И я очень боялся этого. Я-я прятался, я вроде со своими в классе общался, потом видел, что кто-то мимо проходит, я отворачивался, чтобы ну такого, ну, не заговорил. никто. И, понимаешь, в 9 лет, и в 10, и в 11 это тяжело в детстве, пока. Наверное, я... Ну вот, как я длилось постоянно. Я тогда не знал, что это когда-то закончится. То есть, это было таким, знаешь, типа мини-адом локальным школьным. И-и-и это тоже меня сделало. То есть То есть, ну, я тот, кто прошёл всё это, да? Если бы я всё это не прошёл, я был бы другим каким-то человеком. уже назвал, хаслил, да? То есть я зарабатывал деньги, этим я убивал

Кирилл: Хмм, а как ты это прошёл? Потому что я даже не знаю, если у тебя нету друзей, и кому рассказать, и всё это происходит, и ты постоянно думаешь об этом, как ты в итоге это пережил? Ну, наверное, я вот Мы просто у нас какой-то разговор о том, как тебе было свободное время. И я общался с ребятами во дворе. Угу. А-а, со сверстниками, на год

Стас Шмелёв: младше....ками, на год младше и на год-на старше. То есть я проводил время с, скажем так, с адекватными людьми, которые не видели во мне какого-то лузера. Собственно, я и тогда не был лузером. Просто я оказался единственным, кто с другого района. Просто из-за того, что город, ну, вот я сказал, у него четырнадцать... Город. Ну вот я сказал, у него 14 маршрутов, и там около шести районов. Там все районы друг с другом враждуют. Это как фанаты там Спартака и Зенита. Просто ты зашёл на чужой район получай люлей. Ты слушаешь рэп, а мы тут слушаем металлику, получай люлей. Просто постоянно. Ты заходишь там на район какой-то и думаешь: «Так, а что здесь слушают-то, чтобы если меня знаешь, вот сейчас есть понятие «ответь за шмот»? Нет. Ну, сейчас, если ты носишь некоторые фирмы одежды, например, Ston Ailand или там Фред Перри, то есть, тебе вроде как

Кирилл: запрещено это делать, потому что ты не являешься там нефутбольным фанатом. Ну, вроде как запрещено, вроде как. Это сейчас такая, знаешь размывается грань с помощью там соцсетей. Ну, люди становятся толерантнее, да? А ещё там пару лет назад, когда был фильм, там «Хулиганы зелёных

Стас Шмелёв: улиц», такие фирмы носили конкретно участники фирм. Знаешь, что такое фирма? В каком плане? В окном Не-е-е, в каком плане? В околофутбольном плане? Нет.

Кирилл: Ну, в общем, это всё фанатские такие штучки, где ребята против того, чтобы кто-то, кроме фанатов, носил одежду. Короче, это есть до сих пор. Угу. А там это было максимально. То есть трубы носишь, а у нас тут не носят. Трубы, я уже

Стас Шмелёв: забыл про это слово. Да. И то же самое было с музыкой. То есть, например, в моём районе слушали рейв, такие вещи, как Scuter prodigs. В другом районе слушали рок. И ты, если приходил в наш район, где слушают рейв, а мы тебя видим впервые, то мы можем с тебя спросить. То есть сейчас есть понятие спросить за шмот, а тогда можно было спросить за музыку. Да, можно было спросить за музыку. Ты идёшь такой весь хороший с Кирилл Скобелевым. К тебе подходят четверо парней

Кирилл: и говорим: «Кто такой?» Ты говоришь: «Кирилл». Чё тут делаешь? Ну, в основном, всё складывалось одинаково. Все говорили, что они идут к другу. Вот ты говоришь: «Друг к другу». Дакому? Ты кого-то называешь? Мы его не Хватит.

Стас Шмелёв: знаем, понимаешь? Для нас ты врешь. Мы его не знаем, понимаешь? Для нас ты врешь, получая люлей. Все сигареты ты отдаёшь. Сигареты у тебя есть наверняка, потому что ты наш сверстник, а все наши сверстники тогда курили именно в этом городе. И после всего этого мы ещё можем тебя спросить: «А чё ты слушаешь?» И ты знаешь, что в этом районе слушают Рейв. И ты говоришь: «Рейв».

Кирилл: И мы тебе просто наводящий вопрос задаём: «Скутер или продиджи?» Вопросы задаём: скутер или продиджи?

Стас Шмелёв: Угу. И вот тут ты поплыл. Потому что ты отвечаешь: «Продиджи», и мы говорим: «Назови любимый альбом». Ты не можешь. Угу. Вот. Поэтому я в этом смысле был всегда честным. В любом районе я всегда говорил, что я слушаю Рейв. Максимально я слушаю Prodigy. Любимый альбом The Fat of the Land, любимая песня Bries is Make My Beach. Обалдеть! Вот, кстати, зрители твои смогут сейчас понять, что с английским я не очень дружу. Ага, при этом Стас Как тебе мой английский?

Кирилл: Отлично! смотрит англоязычных блогеров. Да. И

Стас Шмелёв: более того, мой самый любимый видеоблогер он англоязычный. Да.

Кирилл: И именно ты со мной его познакомил. Меня с ним его... И речь сейчас идёт о кейсе С ним его. Речь сейчас идёт о Кейсе Найста. Я думаю, что ему нужно посвящать отдельную главу, но давай сейчас как-то плавно перейдём к следующему вопросу.

Стас Шмелёв: Я тебя сразу хочу поправить, Кейси Найста, потому что мне сразу сказали, когда я ошибся: Кирилл, Кейси Найстад. Он даже говорил о том, что Nicestad, то есть классная тату-шка, типа Nice. Это милая, ну или хорошая татуировка. Так что да.

Кирилл: Да, но подожди, у тебя детство так всё и проходило, то есть прямо до окончания школы или до какого момента?

Стас Шмелёв: До окончания школы я переживал, скажем так. Оно не проходило так, что надо мной все издевались. Всё. Вот у меня было всего лишь эти три недели, когда я, наверное, я не помню этого момента, но я, наверное, после этих трёх недель себе пообещал, что я больше никогда себя не дам в обиду. Наверное Я не помню, как это произошло, но я знаю, что меня с тех пор никто никогда не бил, потому что я всегда давал сдачи. Даже когда я не занимался какими-то единоборствами. Ну, кстати, я в тот перечень не добавил, что я ещё занимался карате-Кеоксенка, совершенно бесполезное в моё времяпрепровождение. Кстати, ненавижу слово «врем». Припровождение. Кстати, ненавижу слово «времепрепровождение». Или пре-ли-пре... Я ненавижу слово «времепрепровождение», потому что я не знаю, зачем оно существует. Почему нельзя говорить просто времяпрепровождение? Ведь оно короче и понятнее. Да, я согласен.

Кирилл: А-а, в общем, я когда-то занимался этим Кёку Синкай, у меня был белый пояс, я даже участвовал в соревнованиях. Подожди, но белый пояс В соревнованиях... Подожди, ну белый пояс это же самый первый, по-моему? Да, самый первый, но на него тоже нужно сдавать. То есть, когда ты придёшь заниматься, у тебя не будет никакого пояса.

Стас Шмелёв: То есть это типа десятый Кью или... Нет, у меня был белый пояс, потом бело-синей полоской. Я имею в виду, что когда я занимался, когда я на соревнованиях выступал в Туле... Нет, это, кстати, было в Алексе. Нет, Туляк просто приехал, я с Туляком дрался. Вот тогда у меня был всего лишь белый пояс, а у него уже был жёлтый зелёный. полос. Воу. Ну, это отдельная история. Это я

Кирилл: к тому, что я больше никогда никому не позволял себя бить. Угу. И ну, а в драках,

Стас Шмелёв: соответственно, участвовал. И нос у меня сломанный, и просто там в Турции за приятеля заступался. Ну, скажи,

Кирилл: нет, я понимаю, что то, что тебя били, это совсем экстремальная ситуация, но в целом атмосфера такая сохранялась до самого конца школы. Или как-то лучше стало, может?

Стас Шмелёв: Нет, потому что всё-таки главный смысл школы в том, что я вроде как был прикольным. Угу. У меня была, на мой взгляд, это поддерживали, мой взгляд. У меня была самая красивая девушка в школе. Хмм, потому что вот так вышло, что шестиклассница была красивее всех семиклассниц, восьми-девяти, десяти и так далее. И с этой шестиклассницей я был...

Кирилл: Подожди, а ты... Ты в каком классе был?

Стас Шмелёв: Я был в пятом, она в шестом. И мы были вместе шесть лет. Обалдеть. Вот. И это тоже некоторым образом, типа меня возвышало. То есть, ну, тебя всегда возвышают друзья, девушки и, соответственно, финансовый достаток. Вот у меня не было друзей. У меня были просто приятели, с кем я общаюсь. Просто мне дед очень сильно на тему дружбы когда-то со мной поговорил. Угу. И поэтому я начал очень сильно градацию соблюдать, что есть знакомые, приятели, есть друг. Вот, кстати Вот, кстати, это очень интересный

Кирилл: вопрос. Какая у тебя градация? Это как ты её можешь описать? Вот это произошло, у меня всё вообще, любой вопрос, какой мне ни задать, у меня всё идёт истоки Истоки из детства. Из переживаний, из вот нервов такого. И это вот годами и длится моя такая, знаешь, не философия, а как правильно сказать, человекоделания... Как сказать, человек из себя какое-то. То есть я всегда был каким-то, не знаю, я не могу себя назвать закомплексованным, знаешь? Но... Потому что я не выглядел никогда таким. То есть я для всех, я знаю, что я для всех успешный чувак. Угу. Для меня это не секрет. То есть это никакая не само... Секрет. То есть это никакая не самовлюблённость, ничего. Я отлично знаю, какое я произвожу впечатление. Но дело в том, что в детстве этого не было. Угу.

Стас Шмелёв: Вот. И когда-то я в детстве пришёл к дедушке, и он меня спросил, типа: «Ты где был? Что делал?» Я говорю: «Ну, я с другом гулял». Он говорит: «Ты не гулял с другом». Я говорю: «В смысле?» Он говорит: «Ну вот кто он такой?» Я говорю: «Ну вот, в классе вместе учимся». Ну, это твой названный друг. В смысле? Угу. Ну, ты его просто называешь другом, потому что вы вместе проводите время и вы вместе в школе. Ты его, наверное, ни разу не выручал, он тебя тоже не выручал. А вот когда пройдёт 20 лет, когда ты поймёшь, что вот этот человек тебя много выручает и ты ему можешь всё, что угодно доверить, только тогда это будет твой друг. И друзей у тебя будет один, максимум два в жизни. И я так, знаешь: «Нет, типа, что ты несёшь?» Такой. Я прямо, ну, не понял его. Но где-то прошло лет пять-шесть-семь, я начал взрослеть. Это мне было вообще лет семь, он с ребёнком разговаривал. Угу. И в 14—15 я начал понимать, что он Что реально вот никто не выручает, что все, кого мы с детства зовём друзьями, или в классе, когда мы одноклассника зовём другом... Да какой он друг? Это просто нас поместили в одну коробку, которая называется «Школьный класс». И в ней мы должны общаться. Ты же не называешь другом парней из параллельного класса. потому что с ними-то, а ты мог с ними учиться, и они могли бы быть твоими друзьями, но названными друзьями. Вот. В итоге у меня сейчас градация конкретная. У меня, ну, мне повезло, у меня не один, не два друга, как пророчил дед. Причём у меня очень долгое время был только один друг всё-таки, он был прав. Потом нас стало четыре, то есть я и ещё трое. А сейчас у меня много друзей. И я ломаю вот это в себе, то есть я долго не мог принять то, что у меня появляются ещё друзья, ещё. Я думал: «Как же так? Друзей же должно быть единицы». Дед же наказал вот такую инфу. А я просто для себя начал понимать, что друг Я начал понимать, что друг это тот, кто тебя выручил физически. Угу. Например, диван помог перенести. Или десятилитровую канистру

Кирилл: несёт вместо тебя, потому что у тебя руки заняты, или что-то ещё. Ты его выручил физически. То взаимообмен,

Стас Шмелёв: есть у вас произошёл то есть справедливость и взаимность. То есть физически вы выручили друг друга финансово, то есть один попросил там 40 000 допустим, на два месяца, а другой через год попросил 100 000 на год, например. И один, и другой выручили друг друга. Это два аспекта. И третий аспект

Кирилл: это длительность. То есть, там год-два нужно, чтобы я человека назвал прямо другом. И этого не произойдёт, если мы, например, с тобой дружим два года, но мы друг друга не выручили финансово, и мы друг друга не выручили физически. А как только произойдёт каждый из этих трёх аспектов, то я пойму в какой-то момент а он походу дела мой новый друг. Я могу ему доверить». Я ведь, если ему скажу, что завтра нужно встретить мою тётю из аэропорта, он ведь мне не откажет. Потому что мы с ним друг друга уже выручали подобным образом. Он мне не отказал, и я ему не отказал, значит, у него нет причин сейчас отказывать. Он меня выручал финансово, и мы с ним знакомы давно. Это мой друг точно. Но, знаешь, мне при этом очень интересно то, что помимо этого часто не каждый друг порадуется твоим успехам. И я понимаю, что разделять чьё-то радость это тоже большой признак настоящего друга. То есть часто вот так люди друг другу помогают, но при этом за спиной они они имеют некоторую конкурентность. Ну, насколько я знаю, у меня нет таких друзей. Потому что никто, именно насколько я знаю, и именно из моих друзей никто не претендует на то, чем я занимаюсь. Потому что именно вот близкие друзья, никто... из них не делает то, что делаю я. То есть есть один друг, который оператор. Угу. Но я в меньшей степени оператор, в большей степени режиссёр, поэтому как бы тут нет смысла завидовать. Так,

Стас Шмелёв: ну ладно, мы к этому ещё подберёмся. Вообще, я считаю, что тот, кто завидует, это уже не друг, поэтому чего его обсуждать? обсуждать? Это знакомый приятель. А знакомый приятель, пусть завидуют, это не проблема.

Кирилл: Ну, может быть, даже не завидует, а про... Ну да, с другой стороны, если ты не можешь разделить чью-то радость, это большая в целом твоя проблема какая-то. О'кей, ладно. Скажи, пожалуйста, хорошо школа наконец закончилась, и что ты дальше делал вообще? Куда ты пошёл?

Стас Шмелёв: Ой... Ой, ты так перепрыгиваешь всё! Да, так перепрыгиваешь. Например, в 15 лет я, например, не закончил ещё школу, а в 15 лет тоже есть много чего интересного. Например, лежание на диване и смотрение мультиков.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Вот я, например, прожигал жизнь, ничего не делал. Я приходил со школы, включал канал СТС, смотрел там мультик «Скуби-Ду», и Брейн». Я всё время слушал одну и ту же фразу: «Пинги, чем мы займёмся сегодня?» Нет, Брейн, чем мы займёмся сегодня? И Брейн отвечал: «Как всегда, попробуем захватить мир». Два мышонка были. А-а, я их отлично помню. Я переключал на первый канал, смотрел «Фабрику звёзд». Я лежал на диване, несколько часов ничего не делал. У меня появился компьютер, я шёл к компьютеру и играл в Diablo 2. И-и-и это я сейчас говорю уже про 15 лет, то есть это завершение этого периода. Но он начался в

Кирилл: 13 примерно. Угу. Я сказал, что родители у меня развелись, но общаться я мог и с одним, и с другим. И в этом городе Алексин, жили мои обе бабушки. Угу.

Стас Шмелёв: То есть мамы моих родителей. И к каждому из них приезжали отдельно. Мама приезжала к своей маме, с которой я жил, папа приезжал к своей маме.

Кирилл: А папа с мамой вообще где жили?

Стас Шмелёв: Ну, когда они развелись, папа уехал в Мурманск, а мама уехала Был в Мурманск, а мама уехала в Сургут, в северные города, и мы не виделись. Обалдеть. Обалдеть. И вот они приезжали там на праздники. И-и-и вот папа в какой-то момент приехав, спросил меня, ну, чего я хочу, там на день рождения, на Новый год или что-то такое. Для меня это был шок вообще. У меня спрашивает: «Чего я хочу? Ничего себе, это сейчас можно». Что, чего я хочу? Ничего себе. Сейчас можно всё, что угодно ответить. Я только такое слышал. В классе там рассказывали ребята, что они просят подарки,

Кирилл: им дарят: «Ох, ничего себе!» Потому что мои все подарки заканчивались тем, что мне там свитер могли подарить какой-нибудь и всё.

Стас Шмелёв: Например, на 10 лет я помню, мне подарили банку йогурта. Ну, не банку, а баночку. Вот. Да. Э-э-э. И. И-и-и 13—15 лет. Да, и папа у меня спросил, что я хочу, и я сказал, что я PlayStation хочу, потому что я увидел у кого-то PlayStation, и вот это было такое. Блин, я вот, знаешь, я никогда не умел просить. Мне было так неловко говорить о том, что я это хочу, потому что я вроде как две Что я это хочу, потому что я вроде как 12 лет молчал. И я за 12 лет выработал то, что я всё должен сделать сам. Вот я с 9 лет зарабатываю бутылками, найду себе работу, сам себе всё куплю. Но тут у меня спрашивает родной человек, которого я не очень родным-то считаю, я его видел раз шесть в жизни, да? Но он мне задаёт вопрос, и я говорю: «Плейстейшн». И сам думаю: «Ё-моё, я это сказал». И он мне Сам думаю: «Ё-моё, я это сказал». И он меня спрашивает резонный вопрос. Он говорит: «А зачем тебе PlayStation? Просто играть?» Я говорю: «Ну да». Он говорит: «Так может, лучше компьютер, потому что на нём можно не только играть, но ещё что-то делать». Хороший вопрос! Я думаю: «Ё-моё, он ещё мне компьютер предлагает». Я говорю: «Ладно, давай компьютер». Хорошо». Вот. И прошло пару месяцев, он мне подарил компьютер. Угу. Какой-то там, знаешь, бэшный. Какой-то там, знаешь, б/у-шный, там, но тем не менее.

Кирилл: Со временем я узнал, что он всего лишь за $300. Но тогда я об этом не думал, я получил компьютер,

Стас Шмелёв: и, естественно, я на нём просто играл. И это сделало мою следующую часть жизни. С 12 до 15 лет я отошёл от плохих компаний в пользу именно компьютеров. В пользу именно компьютера. Открылся компьютерный клуб, да, в городе, и я мог в нём применять свои скиллы, которые я зарабатывал дома. Дома я играл в Qake. Сам, типа против компьютера, потому что интернета не было. И в Counter Strike я не мог играть, потому что нужен был интернет, да, против ботов нет смысла играть. Угу. В общем, я играл в квейк и в героев. И-и я даже не знаю, кроме нас кто-то помнит ещё

Кирилл: эти игры. Ну, именно квейк и героев, потому что я в них тоже играл. Ты знаешь, мы в героев

Стас Шмелёв: недавно, неделю назад с ребятами играли втроём, именно в тех самых героев третьих. Угу. Потому что у од- Этих. Угу. Потому что у одного моего друга, вот этот человек, которого я недавно начал называть другом, его зовут Алексей, потому что мы прошли с ним все вот эти стадии, о которых я сейчас говорю. У него дома сейчас находится три ноутбука. Ну, там по работе как-то сложилось, он трейдер, ему там нужно несколько ноутбуков, и он на каждый из ноутбуков поставил этих героев. И мы позвали ещё одного парня, который умеет, и втроём играем против пятерых компов, в героев третьих, всех выносим. Ну, в общем, ладно, классно, не суть. Да. Я попробовал для себя компьютерный клуб, и я впервые увидел Counter-strike. И я понял, что вот это круто, вот это мне нравится. Вот тут команда, пять человек. А вот если бы я был бы капитаном, а вот бы я придумал тактики и так далее, и меня поглотило это. Counter-strike сделал просто мне три года жизни. Я до сих пор могу в него поиграть, но тогда я им болел. Я также, у меня тоже это было. Я сидел в школе на геометрии, а думал, как я быстро закупаюсь. как я бегу, Bomplace там, ножницы купил, разминировал, что-то ещё. Кстати, обращаюсь сейчас к зрителям. Если кто-то из вас в Cunter Strike играет, то у вас сейчас должна какая-нибудь там скупая слеза, наверное. Да. Хотя, наверное, кто-то

Кирилл: сейчас играет в современной, там есть Conter Strike Go, насколько я знаю. Я не Контррик Го, насколько я знаю. Я не-я помню SORS, а дальше... CSGO называется. Я вот не играл, не умею. Я сейчас рассказываю про 1,5 Contr-страйк и 1,6. 1,6, легендарный. Вот. И вот именно в них я больше всего играл. Девочки сейчас, наверное, заскучали, но ладно, подумали. Не свой Ненадолго. Вот. И

Стас Шмелёв: парень, мы ненадолго. поэтому я приходил домой, смотрел телевизор, смотрел Скуби-Ду, Pink Brain, Фабрику звёзд и играл в компьютер долго. Но ты уже перестал курить, тусоваться или нет, потому что это со мной, я всегда себе давал какие-то челленджи, вообще всегда. То есть, например, в девять Вообще всегда. То есть, например, в 9 лет нужно собрать бутылок, да? И я такой: «О, соберу-ка я сегодня пять бутылок». Угу за день. И брал, и пока этого не сделаю, не успокаивался. И потом себе говорил: «А вот сегодня десять». И вот если вдруг девять, то я домой не иду и ищу десятую. Я всё время давал какие-то челленджи себе постоянно. И в какой-то момент, при переезде в Москву ты меня просто опять заставляешь перескочить. Прости. При переезде в Москву я тебе сказал: «А вот ну-ка челлендж». А вот переехал в Москву и перестал курить. Слабо и взял и сделал это. Угу. Вот.

Кирилл: Но пока что мне

Стас Шмелёв: всего лишь 15 лет, и я играю. А кем ты ещё

Кирилл: работал после того, как в бутылке? Вот. Это

Стас Шмелёв: и есть Counter-страйк. Серьёзно? Ты

Кирилл: зарабатывал на контр-страйке? Серьёзно? Ты зарабатывал на

Стас Шмелёв: Cunter-страйке? Да. Вау. Лэтсплеев не было, Ютуба не было, и за игры никто не платил. Да. Мне было 13, и у меня было умение играть в Cunter-страйк. У меня была некая репутация в городе, как у чулака, который умеет играть, и, соответственно, появились ники с приходом компьютерных игр, у нас появились ники С ходом компьютерных игр у нас появились ники, да? Я был Стэн. Ну, сокращённо Станислав. Хмм, очень удобно. Классно песня. Первые четыре буквы. Я как раз слушал Эминема к тому времени, у него была песня «Стэн». Меня во дворе все начали Стэн называть. И в Москву, когда я переехал, меня где-то до 22, наверное, лет все звали только Стэн вообще. Никогда иначе меня не звали. Даже Стас. Меня представлялся Стэном, ну Даже Стас. Мне представлялся Стэном. Ну вот. Э-э мамы моих друзей меня звали Стэн. До сих пор, кстати, зовут, потому что для них я Стасом так и не стал. А-а, вот. И-и-и приходя в компьютерный клуб, можно было увидеть детей таких, как я, тринадцатилетних, совсем мелких, там, знаешь, школу забивающих десятилеток, девятилеток....бывающих десятилеток, девятилеток. Но и мужики были. Как мне тогда казалось, они были мужиками, то есть

Кирилл: тридцатилетние парни, которые, видимо, в городе Алексин имели бизнес. Видимо. Потому что у них были деньги, и они не ходили на работу. Значит, они были начальниками, на которых кто-то работает. Вот. И они они такие личности, как, например, дядя Вова. Я не знаю его фамилию, но мы все его звали дядя Вова, ему было лет 30. Раптор, тоже тридцатилетний чувак. Э-э, и ещё несколько вот таких вот взрослых чуваков...

Стас Шмелёв: Это ты их по никам помнишь? Да. Дядя Вова, тоже. Нет, дядя Вова, у него был ник ДД. И мы его звали 3D, 3D, потому что он, ну какой-то был Д-Д, не знаю. Ну, понятно. Они нормально реагировали на то, что в какой-то момент я со своим вот сейчас лучшим другом, а тогда приятелем...

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Что мы подходили и говорили: «Дядя Вов, а чё, может, на Меншине по соточке сыграем?» угу. На меньшине по соточке сыграем. Угу. То есть мы, будучи тринадцатилетними парнями, предлагали двум взрослым, тридцатилетним дядькам поиграть в Cunter-strike на деньги. Кто выиграет, тот забирает 100 Угу. И вот так мы начали хаслить уже не по 50 копеек. Обалдеть. А конкретно. И-и наши запросы выросли, знаешь, вот всегда же никого не устраивает, сколько он зарабатывает... да? Всегда хочется больше и больше и больше. И в тот момент я впервые в жизни это почувствовал. То есть вчера я зарабатывал ещё только 5 в день, если сдам 10 бутылок, да? А сегодня я могу заработать 50 Ну, то есть 100 пополам, угу, с приятелем, да? А если мы две игры проведём и удачно, то будет 100 на одного. И мы начали Сто на одного. И мы начали повышать наши запросы. Знаешь, что мы делали? Ну, это не в 13 уже, а в 14:15. Угу. Мы, имея 100 мы покупали две бутылки Миллера. Ох, каждой. То есть мы пили не какое-то там пиво арсональное там за 18, а мы брали за 35 миллер. миллер. Ну, желательно две бутылки. Но иногда хватало только на одну, да? Кольца кальмаров. О! О-о! И включали Дом-2.

Кирилл: Да ладно, серьёзно? Он уже тогда шёл! Да, то есть это было 11 лет

Стас Шмелёв: назад. Дом-2 уже существовал, и нам было всего лишь 15 лет, нам нечего было смотреть в этом Alexonе. У нас не было видиков, у нас не было никаких там кабельных, и Дом-2 нам реально нравился. Я никогда не буду этого смущаться. Угу. Я никогда не смотрю

Кирилл: Дом-2 сейчас и никому не советую, да, потому что, ну, потому что это не очень. Он эволюционировал.

Стас Шмелёв: Но тогда это было супер. То есть, знаешь, было такое на телевидении: «Всем привет! С вами Дом-2, и сегодня 40 С вами Дом-2. И сегодня 44-й день нашей стройки. И реально они строили дом. То есть дома не было. Там было человек 12, нет, 15 клёвых людей, Ксюша Бородина, на-на-на, ну, в общем, или двенадцать. Короче, сколько-то людей их было. И они были все неизвестные, они все были москвичами, и нам из-за этого было интересно. Мы жили не там. Им из-за этого было интересно. Мы же Лемета, мы Тульская область, и вот мы посмотрим, как москвичи живут. Целый час они там общаются, реально знакомятся. И в общем, мы с Димой, так звали моего приятеля, сейчас друга, мы ходили в компьютерный клуб, зарабатывали деньги, покупали себе пиво и кольца кальмаров и шли к нему домой смотреть Дом-2. Вот. И это было прямо супер повышение в финансовом плане. И нам нас тогда вообще всё устраивало. Мы думали, что мы так будем работать, наверное, до последнего.

Кирилл: Ну, прости, а вы не проигрывали те же деньги? Потому что серьёзно? Серьёзно? Всегда эти мужики по сути вам платили. Всегда, кроме одного последнего раза. О, последний... И этот последний раз стал последним?

Стас Шмелёв: Да. Мы всегда выигрывали, мы знали свои силы, мы понимали, что мы вдвоём можем на адстейки разнести за ментов, можем за терроров на меньшене 93 сыграть. Мы всё можем. И мы, собственно, предлагали тем, кого мы считали, во-первых, платёжеспособными, а во-вторых, слабее нас. Это нормально. Зачем играть на деньги с тем, кто

Кирилл: сильнее тебя? Это глупо. А мужикам, ну, им хоть какой-то прикол, знаешь? Они сидят в этом компьютерном клубе днями и ночами, да, и им скучно. Они играют там с компьютером друг против друга, и тут приходят наконец-то те, кто способен им составить какую-то конкуренцию и сделать, ну, так скажем, чтобы поджилки затряслись, да, потому что они всё-таки деньги проигрывают, им интересно. Вот. Они с нами играли и проигрывали. Но один раз мы проиграли, и причём 300 Да. И с тех пор не играли. И это уже тебе было 15? Да, это было уже в пятнадцатилетнем возрасте. Мы решили сыграть три на три. И, ну, вдаваясь в подробности, можно долго рассказывать тактику и ход игры. То есть это была

Стас Шмелёв: ...показывать тактику и ход игры. То есть это была эпическая, Эпическая битва? — Это была не просто эпическая битва? Это была не просто эпическая битва, это была первая мужская, серьёзная, взрослая подстава, которую мы ощутили с моим другом от третьего чувака, которого мы взяли к себе, который, как оказалось, играл против нас. Находясь в нашей команде, он покупал дорогие пушки и не стрелял из них. То есть мы это узнали, когда там Мы это узнава-узнали, когда там, знаешь, когда ты умираешь в контр-страйке, то можно подобрать твою пушку.

Кирилл: Подожди, ну это же смешно. Ну это же игра, ну почему игра?

Стас Шмелёв: Это вообще не смешно, потому что на кону стояло 300 И мы играли 3 на 3, и тот парень договорился с той командой, что если я буду вам поддаваться, то мы выигравшие 300 делим на четверых. меня это было вообще потрясением, потому что Обалдеть. это Это вообще не смешно. Для был одноклассник от Димы. То есть он просто продал поставили, да, ради трёхсот рублей.

Кирилл: И ты прямо завязал после этого? Да нет,

Стас Шмелёв: просто пришло время Москвы, и Counterstrike закончился. Вот, хорошо. Теперь мы подобрались хотя бы чуть-чуть ближе к реальной...обрались хотя бы чуть-чуть ближе к реальной жизни, которая начинается сейчас.

Кирилл: Скажи, ты закончил школу, видимо, в этот же момент?

Стас Шмелёв: Я не закончил школу. В смысле? Я уехал, не закончив школу. То есть после этого, после этой битвы ты решил всё бросить и поехать? Или как это было примерно? Там не столько я решил, сколько мне повезло в том смысле, что Зло в том смысле, что папа переехал в Москву, к тому

Кирилл: времени. И мама. Они по отдельности каждый в этих своих городах, в северных, позарабатывав как-то денег, что-то там поделав, они всё-таки к столице решили поближе быть в прямом смысле. Угу. И каждый по отдельности переехал. И папа решил, что, наверное, можно меня перевести в Москву. Угу. Вот такой момент. Насколько я узнал позже, это было не

Стас Шмелёв: столько папино решение, сколько мачеха моя, ну то есть его вторая жена, она ему говорила, что типа: «Слушай, ну вот мы живём в Москве, уже переехали, уже всё». нормально. У тебя тут сын живёт недалеко, может, мы его перевезём в Москву? Вот. А он такой: «Ну, а как? Мы сами тут еле живём». Типа, снимаем квартиру, у нас, ну нет своей квартиры, где, как что. И она такая: «Типа, ну мама же его тоже переехала». Ну, вернее, я уже тут не могу говорить чёткими фразами, потому что я не знаю, как это было в их разговоре. Но я знаю, как оказалось. То есть меня перевезли, мне нашли экстернат, чтобы я закончил один класс, который остался со школой не...

Кирилл: А ты закончил всё-таки школу? В Москве я закончил школу с мажорами московскими, то есть это

Стас Шмелёв: новая глава. А куда?

Кирилл: Подожди, я Новая глава. А куда? Подожди, а почему с мажорами и куда тебя перевезли?

Стас Шмелёв: А-а, ну, я не узнавал тогда, что за школа, в которой я буду учиться. Мачеха моя нашла школу, которая называлась No 94, находилась на Краснопресненской. И я тогда даже не знал слово «мажор». Я лишь со временем это узнал, когда я оказался через пару дней в клубе Infinity со всеми... клубе Инфинити со всеми этими людьми.

Кирилл: Подожди, в 15 лет. Хорошо, значит, в 15 лет тебя перевозят из города Алекса. Я тут, если честно, путаться начинаю, то ли 15, то ли 16. Ну, скорее, 15. Думаешь? Ладно, нет, в любом случае, какие у тебя были ощущения, когда тебя перевезли? Ты стал жить с папой, с мачехой? Что вообще

Стас Шмелёв: происходит? В том-то и дело, вообще не И что? Нет, ничего происходит. В том-то и дело, вообще нет. А куда тебя перевезли? Вот. Это момент, конечно. А-а, они, ну, подумали, что первое время, когда меня перевозили, что мама моя же тоже переехала, и она живёт одна, у неё не появилось мужа. Угу. Угу. Что? Ну, можно, чтобы Стас там пожил. То есть, подожди, мачеха сказала твоему папе, чтобы перевезли к нему. Ну, я понял, ладно, сложно. Я не знаю, мачеха ли это... Ну, это я вот, знаешь, дискредитировал так мачеху. Ну, сказал, что вот это, наверное, она.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Я же осёкся, что я не знаю, как у них проходили эти разговоры, поэтому вот как-каким было решение, я не Поэтому вот каким было решение, не знаю. Но в итоге я, не закончив школу, переехал в Москву, начал жить с мамой первые несколько месяцев и ходить в школу. Вот. Школу, соответственно оплачивал, видимо, папа. Ну, то есть я не задавал вопросов. Ну, школа-то вообще не бесплатная

Кирилл: там практически. Ну, наверное, экстернат. Причём кстати, я не хотел всего этого. Я

Стас Шмелёв: вообще не понимал, зачем мне это нужно и почему я должен быть новеньким в какой-то школе в Москве, почему бы мне один год не доучиться в своём Алексене, где я без проблем закончу школу?

Кирилл: Подожди, а зачем тебе был экстернат одного года? Ты не знаешь тоже этого? Ты не выбирал? Это как-то родители всё решили? Да. Угу. Не знаю, может, как раз для того, чтоб я не был новеньким. новеньким, не знаю. А может быть, для того, чтоб я работал, потому что я достаточно быстро устроился работать курьером, я носил бумажки. То есть уже как переехал, ты пошёл курьером работать?

Стас Шмелёв: Да, я параллельно учился и работал. Но учился это, ну, трудно назвать, потому что этот экстранат был так тяп-ляп вообще. По сути, одиннадцатый класс я не учился. Это вообще было. Я иногда ходил в школу раз в неделю и иногда писал какие-то тесты. Вообще ничего не помню оттуда, кроме четырёх людей. Помню оттуда двух парней-двух девушек. Даже визуально не помню ни одной учительницы.

Кирилл: Угу. Какие у тебя были ощущения от Москвы, если ты можешь как-то вспомнить? Вот ты переехал, начал работать, курьером сразу новая школа, мама, с которой ты, видимо, долго не виделся, так ну редко. И это же с ней жить.

Стас Шмелёв: Ну, я виделся с родителями постоянно, там раз в полгода, на какой-нибудь там 8 Марта или Новый год, чей-нибудь день рождения, то есть каждый из них приезжал в тот город, где я жил, потому что там были их мамы. Но чтобы жить с мамой? Да, я никогда в жизни не жил ни с папой, ни с мамой, и вот впервые, типа, я живу с мамой первые два месяца, это было очень сложно, потому что я был уже взрослым шестнадцатилетним человеком, у которого за 16 лет уже как-то в голове состоялось то, как я живу. Ну да. То есть полотенце я

Кирилл: кладу куда я хочу, и так далее. Я сам носки стираю там. Ну, в общем, такое, что не получилось у меня жить с мамой. Угу.

Стас Шмелёв: Не знаю там, что виноват быт или какие-то наши отношения, или то, что наоборот у нас не было отношений. Но в общем, через два месяца я уже завыл, так скажем, от происходящего. происходящего, и папе в прямом смысле сказал, что я так больше не могу вообще. И-и можно ли мне как-то по-другому пожить в этой Москве?

Кирилл: Ты не хотел переехать обратно в Алексен? Нет, никогда в жизни я ненавижу город Алексин. Я-я восхищаюсь людьми, которые гордятся своими городами, если этот город дыра. Потому что вот, например, есть рэпер Скриптонит, который всячески продвигает свой город, насколько я знаю, там помогает различным музыкантам из этого города. Он из города Павлодар. И у него даже есть строчки в песне, ведь я из Павлодара, если помню. Ну, это относительно большой город в Казахстане, по-моему. Ну, тем не менее, люди гордятся люди гордятся своими

Стас Шмелёв: своим Ну, тем не менее, люди гордятся своими городами. То есть, там Мирон, мой любимый рэпер, он себе набил на шее 17.03, да? Это дата рождения Санкт-Петербурга. И-и-и городами. Я бы очень хотел гордиться своим городом, но я его презираю в прямом смысле слова, потому что я считаю, что единственное, что этот город делает, это закапывает судьбы людей. То есть, ну, несмотря на то, что я не верю там ни в судьбу, ни во что. Ну, просто фраза красивая. Ну да, закапывает судьбы людей. Да, просто реально дерьмовый город, где людям плохо жить. Что с тобой тогда произошло после этих первых месяцев с мамой? Ты начал как-то жить один? мне, блин, вот я не уверен, что это честно брать и рассказывать так, ну, максимально честно про себя, это одно, да? Но так как тут замешаны мои родители, то вроде как не очень правильно сливать какие-то факты. В общем, пап, мам Какие-то факты. В общем, папа, мама, простите, если вам тут что-то не нравится. Но вот мне задали вопрос. Дело в том, что мой папа на тот момент, э-э, скажем так, поругался со своей второй женой. Угу. И я как раз в этот момент ему сказал, что я не могу жить с мамой. Угу. И мне папа сказал: «Ну, значит, будешь жить со мной». Класс. Потому что он на тот момент расстался на время со своей второй женой, и я смог перебраться к нему. Угу. И-и-и то есть мне повезло вот в этом моменте, а потом повезло ещё сильнее в том смысле, что они всё-таки начали жить вместе. И он ушёл из той квартиры, где мы с ним жили вместе, потому...с той квартиры, где мы с ним жили вместе, потому что папа снимал квартиру, в которой начал жить я вместе с ним. Угу. Но это продлилось всего лишь неделю, и через неделю я в этой квартире

Кирилл: начал жить один. Вот. Окей, ты, значит, начал жить жить один. Поступал ли ты в университет учиться куда-то, пошёл после школы или нет?

Стас Шмелёв: А-а, сразу после школы я Хмм, сразу после школы я не пошёл поступать, потому что я вот не знал, что я хочу делать в прямом смысле. Я никогда в жизни не стеснялся этого. У меня было и с детства представление того, кем я хочу быть, и это всегда было связано с тем, чтобы помогать людям.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: То есть в самом-самом детстве я хотел быть хирургом в прямом смысле для того, чтобы спасать людей. Когда я начал подрастать и попал впервые в цирк и увидел, как клоун что-то делает на сцене, а рядом со мной четырёхлетний ребёнок смеётся, я захотел заниматься тем, чем занимается этот клоун, для того чтобы дети смеялись, то есть помогать людям. А со временем, когда я увидел, как мой дедушка реагирует от забитых голов футболистами Я видел, как он счастлив. Я захотел быть футболистом для того, чтобы помогать людям, чтобы они были счастли- ну, счастливее. И-и-и в 17 лет у меня не было каких-то возможностей, как я могу помочь людям. Я вообще не понимал. И поэтому я не знал, кем я хочу быть совершенно. И я работал к тому времени курьером, а-а, не ради людей, а ради того, чтобы были какие-то деньги. И курьерством я зарабатывал 8 350 Помню абсолютно точно это. Тратил я первые деньги на Макдоналдс, на метро. На метро немножко покупал одежду, потому что я себя чувствовал очень девиантно среди вот экстранатовской молодёжи, потому что они были прямо ну вот местные крутые. Меня вот почему-то папа с Мачехой решили отправить именно в такую школу, скажем так, в необычную. Потому что этот экстернат заканчивали те, кто до этого 9 лет учились на Новом Арбате.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: В Новом Арбате за кинотеатром Октябрь есть школа, которая называется «Один, два три».

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И в ней учились прямо самые там пафосные дети, которые потом будут поступать в МГИМО и МГУ. А я тот, кто не знает даже, что такое МГИМО и МГТ....знает даже, что такое МГИМО и МГУ на тот момент. И я одевался на Черкизовском рынке, потому что это было очень круто. Потому что я Алексинский парень, у которого шмотки с Черкизона. Ничего себе, да я ходил по Алексину и гордился этим, потому что...

Кирилл: Подожди, ты как-то в Алексине-то не был? Или ты туда ездил как-то? Нет, я имею в виду тогда у меня были

Стас Шмелёв: шмотки с Черкизона в Алексии, и там это было круто. И-и-и в Алексине ты мог реально ответить: «Чё это такое?» А ты отвечаешь: «Это Черкизон». И это было круто в прямом смысле. А здесь я попал в среду, где мне говорили: «Ты чё, на Черкизовском одеваешься?» И я такой: «Ну да». И надо мной начали смеяться, типа, парень одевается на рынок.

Кирилл: Как ты вообще это переживал? Мне просто интересно, потому что это совсем другая среда, и ты привык быть в Алексине, и тут люди, которые поступают в МГУ, в МГИМО, позволило тебе это вырасти или как-то?

Стас Шмелёв: Я не могу сказать, что я это как-то переживал. Потому что, мне кажется, с девяти лет в моей жизни ничего не было хуже девяти лет, поэтому я уже никогда ни над чем ско... Лет, поэтому я уже никогда ни над чем, скажем так, не парюсь, не переживаю, а просто, типа, я знаю себя, я знаю, что я норм. И если кому-то, кого-то я вдруг не устраиваю, значит, мне не нужно с ними общаться. Потому что очень многие люди к моим там семнадцати годам успели во мне увидеть просто обычного классного парня, смогли со мной построить дружбу, потому что в 17 лет я уже начал называть своего лучшего друга лучшим другом,

Кирилл: и выручать друг друга и так далее. Я не очень переживал насчёт этих людей. Э-э-э. Ну ты, может быть, помнишь, как вы общались? Ты себя пару раз попугаем назвали, потому что я одевался во всё цветное.

Стас Шмелёв: Типа, вот у меня были найки, у меня были салатовы. Найки у меня были салатово-серые, голубые джинсы, кофта Бразилия, то есть она была жёлтая с зелёной полоской. И красный рюкзак. Вспоминая сейчас это, это реально было, ну, парень очень безвкусно одевался, да? Но у меня не было ни вкуса, ни стиля, ничего. Я просто на Черкизоне видел прикольную вещь и просто её покупал. И просто надевал её на себя. Вот. И-и-и я работал, в отличие от них, я это знал. Я знал, что они не работают сейчас, не будут через год и ещё не будут лет пять работать, учась в своих институтах. А я уже понимал, что я на голову выше их в 17 лет, потому что некоторые из них разговаривать даже не умеют. Угу. А-а-а... понимал, насколько школа была пафосной, я учился в одном классе с сестрой Влада Топалова. Угу. Причём я узнал это только со временем. То есть я всю жизнь учился с Алёной Топаловой. Ну, не всю жизнь, а вот этот год. Угу. И я даже не понимал, что она сестра Влада Топалова. Я почему-то не проводил параллели. Я думал: «Ну, одно, ну, однофамилец Тапал». Или я думал, ну, однофу, однофамилец, попал что-то ещё.

Кирилл: Да, ты начал жить один, значит, школа более-менее заканчивается, ты не идёшь учиться в университет. И чем ты занимаешься целый, я не знаю, что ты? Сколько ты...

Стас Шмелёв: Я в Алексине, когда был, я в какой-то момент начал смотреть кино. Угу. Не помню почему. Вот у меня атрофирован тот момент, когда я начал в прямом смысле интересоваться фильмами не просто по телеку смотреть вполза, а смотреть на сценарий, обращать внимание, на актёрскую игру. И в какой-то момент я увидел монтаж. Угу. Это было в Алексине. Я смотрел фильм «Авиатор». Угу. И в фильме «Авиатор» Леонардо Ди Каприо приземлялся на самолёте. Ну, такой самолёт на одного человека. Да, я помню, не знаю, как там грузник называется или типа того. Он играл Говарда Хьюза, и он приземлялся. И я увидел головой я увидел то, что приземлился самолёт, приземлился Ди Каприо и приземлились колёса самолёта. Угу. Я увидел, что что монтаж существует. Я его понял. Я понял, что камера снимала отдельно все три вещи, а потом это где-то совместили на, ну И я тогда начал впервые к кино относиться по-серьёзному. Я начал смотреть, вникать. И здесь в Москве, я работаю курьером, я сказал тебе, что я тратил деньги на Макдональдс, на метро, на еду, на одежду. И чтобы хватало на кинотеатры, я ставил себе будильник. на 8:00 утра.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Для того чтобы ходить на самый первый сеанс в кино, потому что он стоил 40 А второй сеанс стоил 60 то есть не так, ну, не сильно дороже. Поэтому я ходил в один день на два фильма: за 40 и за 60. То есть за 100 я смотрел два фильма любых. Угу. Единственное Единственное, что я соблюдал, это чтобы кинотеатр был новым. Таким образом, в 17—18 лет я посетил все кинотеатры Москвы на тот момент. Ну, то есть их было там 40, наверное. В каждом я был. И я, у меня была брошюра, в которой я галочками ставил кинотеатры, в которых я был. Я знал, например, все станции метро вообще наизусть, из-за того, что курьером работал, и кинотеатры знал наизусть. В общем, я увлёкся кино и так для себя и не смог дать ответ, типа, что меня в нём так привлекло. Но, забегая сильно вперёд, моя бабушка мне рассказала, как я увлёкся кино. кино. Мне было четыре года.

Кирилл: И так говорится, кино? Нет, это я так говорю. Я

Стас Шмелёв: из-за того, что

Кирилл: достаточно грамотный человек, я себе иногда позволяю какие-нибудь авторские такие ошибки, которые делаю абсолютно специально. Мне не нравится фраза: «Я

Стас Шмелёв: увлёкся кино». Ну да,

Кирилл: какая-то она незаконченная. А кино?

Стас Шмелёв: А я увлёкся кино? Нормально! Лично мне нравится. правда. И вот как времяпрепровождение, да? Нет же этого слова, есть времяпрепровождение. Но мне не нравится, я не хочу. Бабушка недавно мне рассказала, и у меня это записано на видео, когда-нибудь я выложу видеоблог о том, как моя бабушка всем рассказывает этот момент. Мне было 4 года, и я пришёл с детского садика, дедушка меня привёл вроде бы. И я зашёл в зал и увидел, как бабушка смотрит сериал Санта-Барбара. И я сказал ей, что хватит смотреть эту чепуху. Угу. Вот я вырасту и сниму тебе сам сериал для тебя.

Кирилл: Серьёзно?

Стас Шмелёв: Да, мне было 4 года, и мне потребовалось 20 лет для того, чтобы сдержать обещание и снять сериал ну, как оказалось, для бабушки. Это бабушка мне сказала, что я кино увлёкся в 4 года. Я сказал, что я буду режиссёром именно тогда. Я этого не помню, но бабушка

Кирилл: врать не будет. Ну да. Следовательно, вот прошло там лет 10, и в Алексине, в 14, я увлёкся

Стас Шмелёв: повторно кино. Угу. А потом я сумел оказаться на съёмочной площадке фильма «Обратный отсчёт» и начал там работать плейбейкером. Плейбек.

Кирилл: Как ты там оказался? Потому что мы как-то перескочили сейчас резко. То есть ты был курьером и просто жизнь занесла? занесла.

Стас Шмелёв: Ну нет, не так просто, это же сложно. Ну вот взять сложно, вот как в кино попасть. Я говорил, что отец мой перебрался в Москву.

Кирилл: И он невероятно талантливый человек, самый умный из всех людей, кого я знаю в жизни. Я горжусь им, я его очень А-а, я горжусь им, я его очень люблю, я его очень уважаю, это главный авторитет для меня. Также у моего отца пока что пять детей. Пока что, потому что он хочет семь.

Стас Шмелёв: Ого! Ну, шесть точно, значит, будет.

Кирилл: Серьёзно.

Стас Шмелёв: Вот. И-и отец занимался всем подряд вообще рекламами, компании какие-то придумывал, там, вот, когда не было людей интернета, то он придумал компанию Невские Линии, например. И по телефону ты мог узнать курс доллара, просто позвонить, и вот то, что ты обычно узнаёшь у Google, ты мог узнать у какого-то специалиста, у которого есть доступ к какой-то информации.

Кирилл: Угу. Вот. И он, будучи таким клёвым чуваком, в какой-то момент стал художественным директором Европа Плюс. Художественным директором Европы Плюс в Петербурге. И у него появились какие-то знакомые. Он познакомился с Игорем Верником. Как-то Игорь Верник ему там что-то посоветовал, где-то что-то ещё. Ну, так как во взрослой жизни бывает, у 30—35 очень многое зависит от знакомств, от рекомендаций. И как-то он, попав в Москв Он, попав в Москву, закончив в Петербурге киноинститут, ну, вернее, как закончив, он ни один институт не закончил, как и я. Все побросал, но зато там чему-то научился.

Стас Шмелёв: Угу. Он в Москве начал снимать сериал, который назывался «Простые истины». Был такой сериал про школу, что-то типа ранеток, только на 10 лет раньше, чем ранетки. Ну, не на 10, а лет на 6, наверное, раньше, чем ранетки. Такой сериал про школьную жизнь, про любовь, про переживания, про дружбу, про подставы, про, ну, про приколы. Вот. И он снял около трёхсот, наверное, серий. Ого. Около трёхсот, наверное, серий такого

Кирилл: сериала, потому что это был, ну, такой простой продукт, постоянно его выдаёшь, выдаёшь, зарабатываешь деньги. Снимать несложно, дети вроде играть умеют, кем-то там кастинг произведён. Вот. И он, сняв этот сериал, потом снял другой

Стас Шмелёв: сериал, потом ещё что-то снял

Кирилл: и таким образом дослужился до того, что ему предложили

Стас Шмелёв: снимать полнометражный фильм. И он согласился снимать полнометражный фильм. И-и-и таким образом я смог на этом фильме поработать на какой-нибудь самый-самой-самой низшей должности.

Кирилл: Скажи, он сам тебя позвал или ты сказал, что папа я бы хотел поучаствовать?

Стас Шмелёв: Я не помню. не помню. Угу. Это было 10 лет

Кирилл: назад. Я не думаю, что я что-то просил, потому что с меня компьютеров в 12 лет хватило. Угу. А

Стас Шмелёв: здесь я не помню, как было. Наверное, он видел то, что я люблю кино, наверное, он от меня что-то слышал, может быть, он мне предложил, а я не отказался. Не помню, как было. Но я помню, что мне, мне было грустно, то, что типа я с ним вместе работаю. Мне прямо от этого было прямо сильно грустно. Потому что мне всё хотелось самому, прямо исключительно самому. И я это сделал через неделю. Угу. Вот. То есть я неделю эту парился, и неделю я работал плейбейкером. Вот. Он меня смог устроить Ну, как не смог устроить, а, наверное, просто кому-то сказал: «А плейБейкер у нас будет вот

Кирилл: А что это». А что делать PlayBaker?

Стас Шмелёв: Вот смотри, как звучит: плей и бэк, да? Плей, понятно, это включить на плей и работать, да? А бэк это отмотать назад. То есть раньше, когда не было макбуков и всего вот этого вот.

Кирилл: Угу,

Стас Шмелёв: Вот этого вот. Угу, когда не было iPhone из современного мира...

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Кинокамера не могла показать материал, который только что отсняла. Поэтому к кинокамере специально обученный мальчик Playbaker подключал провод. Этот провод он подключал к телевизору. В телевизор, помнишь, были телевизоры, в которые вичас кассеты вставляли?

Кирилл: Да.

Стас Шмелёв: Телевизор, в который в ЧЧС кассету вставлялись. Да, конечно. В телевизор этот мальчик вставлял HS- кассету. Угу. И когда режиссёр говорил: «Мотор начали», и камера, кинокамера начинала писать то, что происходит на съёмочной площадке, то мальчик-плейтбейкер включал запись у кассеты, у обычной, на телевизоре, сигнал, который подаётся на телевизор с кинокамеры. Дубль заканчивается, там 2 минуты, допустим, он идёт, и любой из присутствующих, например режиссёр, оператор или актёр, тот, кому нужно посмотреть, как они сыграли дубль, обращается к мальчику-плейбейкеру: «Отмотай». «Покажи первый дубль, покажи второй, третий». В общем, такая работа, которую я бы назвал «Поди-подай иди на...которую я бы назвал «Поди-подай, иди нафиг», не мешай.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: То есть она совершенно не творческая, она скучная, хочется заснуть, потому что всё время смотришь одни и те же дубли, к монтажу не имеет это никакого отношения, ты просто перематываешь, когда тебе приказывают.

Кирилл: Ну, подожди, ну тебе же не было скучно? Мне кажется, это было столько нового, и ты увидел всю кухню изнутри. То есть это всё равно был хороший неделя. Всё равно был хороший недельный опыт.

Стас Шмелёв: Ну, скажем так, мне не было скучно, но работа была скучной. Если на ней ты поработаешь годик, ты возненавидишь жизнь. Но пока я работал эту неделю, я увидел, что звукооператор это тот человек, который стоит с длинной палкой, на конце которой микрофон. Его называют по-разному. его называют, потому что его палка похожа на утку. На удочку, то есть. Бумменом его называют,

Кирилл: потому что микрофон это бум. Пушка-бум-бум.

Стас Шмелёв: Бумщиком его называют, потому что у него в руках бум. И на самом деле он называется звукооператор. Да? И у этого

Кирилл: фильма было два звукооператора, и я увидел, что один очень добросовестно работает, а второй очень недобросовестно работает. В прямом смысле он выглядел как, знаешь, какой-то укурыш. Или пьяница, который

Стас Шмелёв: тяп-ляп делает свою работу. И я увидел, что работа-то достаточно такая интересная, что ты ловишь звук, что ты пытаешься там не попасть в кадр. подлезть поближе, чтобы звук записать, атмосферку вот тут описать, там, крупный план. Ну, в общем, всё интересно. И ими руководит звукорежиссёр. Дядька, который сидит за пультом в наушниках, который слушает, как их два микрофона записывают, и им даёт какие-то указания. Я через неделю подошёл к этому звукорежиссёру и спросил у него: «Сергей, а сколько вы платите вон тому человеку?» Он сказал: «10200». Что? А я сказал: «А вот я готов за тысячу делать всё, что делает он, только лучше». То есть я вам и лучше сделаю,

Кирилл: и денег вы меньше. мне заплатите. Он меня такой смотрит, наверное, это называется подсидеть человека, да? Ну... Наверное, я сделал это. Я даже не знаю даже, как

Стас Шмелёв: это называется. А я тебе скажу, как это называется. Это называется, что я хотел, чтобы фильм, который мы делали, был клёвым. Угу. И я могу сделать звук для этого фильма лучше, чем вот тот, который безалаберно. относится, ну, какой-то нехороший человек, скажем так.

Кирилл: Ну, а все это замечали, кроме, ну, не только...

Стас Шмелёв: Не знаю. Наверное, это видел не только я, но как минимум и звукорежиссёр, который мне сказал: «Ладно, у тебя, типа, испытательный срок вот это была середина дня. И если ты к вечеру... К вечеру не будешь попадать в кадр со своим микрофоном. Ну, вот тебе микрофон, да, работай. Э-э, если ты себя нормально покажешь и не будешь портить ничего, то с завтрашнего дня будешь работать. есть, подожди, испытательный срок на день? Да. Потому что за день снимается ты чё, 100 дублей? Естественно, за 50 дубле. Дублей. Естественно, за 50 дублей есть момент понимания, лучше я работаю или нет. Тому

Кирилл: Потому что за день снимается ты чё, 100 дублей? То парню

Стас Шмелёв: Да. он сказал, что он на сегодня свободен, и я приступил к работе. И-и-и к концу дня мне он сказал, что да, ты лучше, но $1 000 я платить тебе не буду. Угу. Потому что это нечестно. Ведь если я плохому платил 1 200, то и тебе я буду платить 1 000 Если 1 200, то и тебе я буду платить 1 200. Таким образом, меня вроде как по блату устроили за 300. Но я всем нутром ненавидя эту работу и этот блат, я через неделю нашёл себе работу сам в четыре раза более оплачиваемую. И я начал зарабатывать в 17 лет 1 200. Это Двести долларов? Это сумасшедшие

Кирилл: сумасшедший деньги. Мне хватало на всё. Это сумасшедшие деньги тогда.

Стас Шмелёв: Да, доллар был 27, поэтому это было что-то

Кирилл: около 40 000. Не, ну подожди, там и всё стоило других

Стас Шмелёв: денег. Я мог купить всё, я начал давать деньги маме. Ну, не всё,

Кирилл: конечно, я мог купить, но... Для примера, мне кажется, банка колы стоила 12,50, там что-то такое. Не-не, не банка, а бутылка пол-литровая, там 13 Да, это 40 000 которые я зарабатывал. Это было прямо конкретно клёво, потому что, ну, кроссовки стоили 3 000. При том, что ты жил бесплатно. Или как у тебя

Стас Шмелёв: был? Да-да-да, на тот момент, 17 лет, да. Класс. И сколько ты по времени проработал бумщиком? Один проект, 54 съёмочных дня был проект. И я из него работал, соответственно, 48 дней.

Кирилл: То есть я получил как за полтора месяца, следовательно, 60 000 где-то я получил. Ну, ты можешь сказать, что это была всё-таки изнурительная работа?

Стас Шмелёв: Да. Самое сложное, что я делал в жизни это режиссура кино, как режиссёр-постановщик. Угу. самое сложное морально, ну, по всем вообще фронтам это самое сложное. Но физически самое сложное, что в жизни я делал, это именно вот работа звукооператором, потому что разные бывают съёмочные дни и разные бывают объективы у кинокамеры. И был один день Камеры. И был один день, когда мы снимали на одиннадцатом этаже строящегося здания. То есть, по сути, мы снимали на высоте, но не в квартире, а на крыше. Угу. И-и-и у края, то есть где супер дует ветер.

Кирилл: И помимо этого всего, режиссёр и оператор решили поставить очень общий план. То есть, для того чтобы не влезть в кадр, нужно вытянуть свою вот эту удочку, микрофон метров на шесть и высоко очень.

Стас Шмелёв: Очень высоко её держать на вытянутых руках. Всё это должно быть вынесено по сути со здания и нужно записывать двух человек. И дубль идёт четыре минуты. То есть очень сложно, холодно, и несмотря на это, в этом холоде у меня пот пошёл со лба, я так и не попал, э-э, ну, не испортил кадр, то есть я не клюнул удочкой вниз. Э-э, но это было так сложно, что я уже думал, что я упаду с этой крыши. Это вот самое сложное, что я делал это именно эта работа. Ну, это тогда оценили и знаешь, не самое сложное, а самое физически сложное. Ну да, всё-таки самое сложное это быть хорошим режиссёром. Угу. И я добавляю хорошим, потому что быть режиссёром это просто, а вот

Кирилл: хорошим режиссёром быть сложно. Да, мы на самом деле довольно уже уже долго. Ну, ты сам виноват, что позвал к себе того, кто умеет разговаривать. Да. Я

Стас Шмелёв: мог отвечать на каждый вопрос «да» или «нет», и тогда всё.

Кирилл: Не-не-не. Я, кстати, тебе вангую, что у тебя наверняка будут кто-нибудь скучные и у тебя будут двадцатиминутные интервью. Ну, надеюсь, что нет. Будем-будем надеяться. Повырезай, повырезай что-нибудь. Не, Стас, это на самом деле классно, и мне кажется, что это действительно интересно, поскольку я не знаю, насколько ты это рассказывал когда-либо. Ну да, в таком формате. Скорее, никогда. Вот. Поэтому это интересно. После того, как ты проработал бумщиком, или как ты себя сам называл? Звукооператором я работал? Звукооператором. Как дальше развивались события? Потому что ты закончил проект, э-э, и ты что пошёл делать?

Стас Шмелёв: У меня всё плавно вытекает одно из другого. И пока я со звукооператором работал, там часто ты отвечаешь не только за микрофон, но и за провода, потому что они к микрофону подсоединены. И после каждого Микрофоны подсоединены. И после каждого дубля, когда, вернее, после каждой сцены, когда переезжает съёмочная площадка с одного места на другое, ты сматываешь провода. И вот я стоял, сматывал провода на улице и услышал сзади голос курящего человека. Голос спросил у меня: Чё? Кино любишь? Я обернулся, это был Леонид Ермольник. который снимался в этом фильме и просто решил мне задать такой вопрос. Я сказал: «Да». Мне было всего семнадцать. Я тогда ещё по-прежнему не знал, кем я хочу быть.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И-и-и это за меня сейчас сделает Леонид Ермольник. Он у меня спрашивает дальше: «Чё, актёром небось, хочешь быть?» Я говорю: «Нет». Хмм, я потому что никогда в жизни не хотел быть актёром.

Кирилл: Угу. Он говорит: Он говорит: «А кем?» И я такой понимаю, что нужно что-то отвечать. А у меня по сути сформиро А у меня по сути сформированного чего-то нет. И я беру и говорю: «А я режиссёром

Стас Шмелёв: хочу быть». Он говорит: «Ты чё, дурак?»

Кирилл: Да. В этой стране в кино зарабатывают только продюсеры. Поэтому завтра иди во вГИК и поступай «Иди во ФГИК и поступай на продюсера». Сказал он мне, и я пошёл поступать во-ВИК на продюсера. Да. Я прислушался к этому, я открыл интернет, который к тому времени у меня уже был в

Стас Шмелёв: Москве. И-и посмотрел, что нужно для того, чтобы поступить во ФГИК. Узнал, что в этом году у меня не получится этого сделать, потому что это было уже там чуть ли не сентябрь. И я пошёл на подготовительные курсы во вГИК для того, чтобы поступить со временем на факультет продюсера кино и телевидения. Угу. И ты, значит, весь год ходил на курсы.

Кирилл: И-и что ещё делал? Или ты не ходил на курсы?

Стас Шмелёв: Ну, как бы я хот

Кирилл: Ты не ходил на курсы?

Стас Шмелёв: Ну, как бы я ходил.

Кирилл: Ага.

Стас Шмелёв: Да нет, ходил, конечно, потому что это было интересно, в отличие от школы, где там всё подряд дают, не спрашивая, что тебе интересно, да? Ну, причём, кстати, я школу обожаю. Ты представляешь, я ни одного раза не забил ни одного урока. Ни разу. Ни одного.

Кирилл: Подожди, ни разу в жизни.

Стас Шмелёв: Ни разу в жизни. Ну и кстати Ни разу в жизни. Ни разу в жизни. Ну, экстранат мы не берём, потому что экстранат я не считаю школой. Экстранат это какая-то вообще шарашкина контора была именно в моём случае

Кирилл: учиться с мажорами, где все оценки и так поставят нормально. Именно школа в Алексине я вообще не забил ни одного дня, ни одного урока никогда. Ну, это у тебя был принципиальный подход, или почему? Или тебе нравилось? Да не знаю, просто если ты не пойдёшь в школу, чё дома делать? Ну да.

Стас Шмелёв: В школе есть девушка, с которой я встречался на тот момент. Угу. И-и-и просто названные друзья, те самые. Да там классно в школе. Я-я любил школу. Я не любил уроки, знаешь, люди говорят: «Я не люблю школу». Да как её можно не любить? Можно не любить училок можно не любить домашнюю работу, можно не любить, ну, уроки на предметы какие-то. Но школу я просто обожал. Вот. И я с удовольствием начал ходить сюда во ВГИК, на эти подготовительные курсы, там нам действительно что-то рассказывали про кино, были такие там дисциплины интересные. Я пр-, ну, начал понимать что мне действительно это интересно. Но когда пришло время поступать, я сдал все экзамены, кроме одного. Какого? Э-э... Это

Кирилл: самое странное. Угу. Ты сейчас должен будешь подтвердить, как человек,

Стас Шмелёв: который со мной переписывает... Ты не сдал русский язык. Да. Серьёзно? Издал русский язык? Да. Серьёзно? Да. Ты согласны, что это странно? Да, это

Кирилл: очень объясни зрителям, почему. Потому что Стас переписывается с в крайней степени грамотно. Но и в целом, мне кажется, ты оперируешь очень грамотным

Стас Шмелёв: русским языком, не считая авторских твоих. Мне тоже кажется, что я достаточно грамотен, и в тот момент меня это удивило. Да. Я не просто не сдал русский язык, а я не сдал изложение. Изложение? Изложение то, где ты можешь не писать слово, если ты не знаешь, как оно пишется, да? Ну, это... Вот я в изложении допустил девять ошибок. Я не понимаю, почему. Потому что это семь экзаменов. Шесть из них я сдал.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И вот седьмой. Я сдал самые сложные творческие конкурсы всякие по там написать работу, там экономические всякие задачки решить. Был один из экзаменов, это нам в кинотеатре самого ВГИКа. А, я не сказал, что такое ВГИК. Это Всероссийский государственный институт кинематографии....институт кинематографии. Со временем он стал не институтом, а университетом. Но из-за того, что в ГИК это хорошо звучит, тоже бренд, а в ГИК звучит плохо, то университет всё равно остался ВГИКом. И в общем, во ВГИКе есть свои кинотеатры, и там показывали кино. И один из экзаменов, интереснейший вообще, самый крутой экзамен, который только можно представить. Тебе показывают фильм, который точно никто не видел. То есть специальный фильм, отобранный комиссией, новый какой-то, неизвестный в России, либо без проката. Показывают кино 2 ч, соответственно, а потом ты два часа или 4, не помню уже, пишешь работу по этому фильму. как сделать этот фильм, если ты продюсер этого фильма? Сколько бюджет, как правильно развивать, какие компании? Это суперэкзамен!

Кирилл: Это очень сложно, мне кажется.

Стас Шмелёв: И естественно, так как к тому времени уже появился интернет, то мы 2 ч, смотря этот фильм, мы параллельно гуглили про этот фильм. А-а, вот.

Кирилл: к экзамену готовились с просмотром и интернетом. Угу. Но всё равно работу ты всяко пишешь сам. То есть

Стас Шмелёв: мы не работу переписывали из интернета, а узнавали какую-то информацию из интернета.

Кирилл: В общем, ты был серьёзно настроен на поступление, то есть никаких там не было такого простого отношения? Ты действительно хотел?

Стас Шмелёв: Нет, нет, не было, потому что мне уже было восемнадцать, и я уже год не поступал. Я уже стал старше всех присутствующих. Все тут после школы, а я тут год целый. То есть мне уже надо поступать, потому что я всю жизнь везде был младше всех. В классе я был младше всех, во дворе там повсюду. А тут бац мне 18, а всем семнадцать. А тут бац мне восемнадцать, а всем 17. Как-то странно. Угу.

Кирилл: Вот. И я не поступил. А что ты делал

Стас Шмелёв: весь этот год помимо того, что ты готовил, с кем ты работал? Хммой момент, у меня появилось два новых друга. Угу. В Москве. Это ребята Это ребята, которые являлись рэперами.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Мы с тобой пропустили такую большую и главную, наверное, часть становления меня как человека это соцсети. Многие считают, что ВКонтакте это первая соцсеть. Это не так.

Кирилл: Можно подумать, что Одноклассники это тоже не не так. Мэйл.

Стас Шмелёв: Есть люди, которые считают, что Мэйл

Кирилл: это не так, и есть люди, которые считают, что есть, был такой сайт «Мой факультет». Всё это фигня. Был ЖЖ. Был первый сайт, который был первой соцсетью, но только его соцсетью никто не называл. Угу, потому что не было такого в мире понятия. Название у него просто ужаснейшее для парней. То есть, если девчонки сидят на этом сайте, нормально звучит. Но название сайта звучит как какой-то сайт для интимных знакомств, как будто. Может быть, он таким и являлся, не знаю. Но сайт назывался дамочка.ру. Да ладно. Дамочка.ру просто. И что ты там делал? Вот ты смеёшься. Угу. А если бы ты был на этом сайте, то ты бы там, например, встретил бы Катю Клэп. Как тебе инфа?

Стас Шмелёв: Ага, ага. А она что там делала?

Кирилл: А-а... Или там все сидели? Я сейчас не уверенно говорю именно про Катю, просто мне кто-то недавно на днях что она тоже говорила про этот сайт. Обалдеть. Просто кто-то мне рассказывал. А я тебе расскажу про другое, что когда не существует никаких соцсетей, да? Угу. Нет, Фейсбука и всего остального, то существует сайт, на котором зарегистрировано 2 млн человек. Регистрировано 2 млн человек, где огромный процент молодёжи, в том числе и Московской молодёжи, и есть система рейтинга. И можно стать, скажем так, звездой. Популярным. Да. Можно в прямом смысле добиться того, что тебя будут узнавать на улицах в прямом смысле. Всего лишь потому, что ты интересный человек с интересного сайта. где не было видеозаписей, не было никаких музыкальных там файлов. Но была возможность загружать фотографии и писать дневник. Хмм. Это был 2004-й год, и я стал блогером. Обалдеть. Это ещё блогер до блогерства как понятие. Не, ну хотя тогда уже были, наверно Как понятия? Нет, ну хотя тогда уже были, наверное, блогеры. Да, были блогеры, потому что я думаю, что блогеры

Стас Шмелёв: появились в ЖЖ. Да. В ЖЖ я тоже был. И там у меня был статус тысячника, тебе это тоже вряд ли

Кирилл: о чём-то говорит.

Стас Шмелёв: Но ты мне рассказывал уже.

Кирилл: В общем, большим становлением меня было то, что я полюбил блогинг. А что ты писал там? Я писал, вот смотри. Вот сейчас было понятие блогинг, да, стало видеоблогерингом, да? Был блогер, стал видеоблогер. И вот видеоблогеры бывают разные, да? Но когда человек где-то говорит, что он видеоблогер, то первая мысль это то, что он рассказывает о себе. Да. Так вот я просто рассказывал о себе. Если видеоблогер Ты рассказывал о себе. Если видеоблогер рассказывает о себе на видео... Нет, ну мне интересно было конкретные, может быть, какие-то вот как ты что-то делаешь, что... Вот смотри, если я веду, например, влог и говорю: «Всем привет». Я сейчас нахожусь в Париже, я иду в такой-то ресторан, я посмотрел такой-то фильм, та-та-та. Ну, влог стандартный, да? То же самое я делал в печатном виде. Я писал, что типа всем привет. Сегодня я с друзьями ходил в кинотеатр Октябрь. Мы посмотрели фильм Кинг Конг, он нам понравился. Вот фотография с нашей встречи. А, кстати, в комментариях вы увидите ещё фотографии, потому что к посту можно было прикрепить только одну фотографию, а в комментариях я скидывал ещё 40 фоток. Таким образом, у меня было бы уже как будто бы 40 комментариев. Осталось набрать ещё 60, чтобы кто-то переписывался, и у меня под каждым было 100 комментариев. Ничего себе популярный блогер получался! И-и-и мы все вели дневники на сайте damочка.ru. И от количества заходов вот молодёжи Москвы на твой, на твой дневник... От этого количества зависит твой статус на этом сайте. И-и-и мне этот сайт показала знакомая девочка, показала именно с позиции, что вот, смотри, тут есть топ-100, они тут звёзды все. Я такой: «О, прикольно! А что нужно для того, чтобы попасть в топ-100?» Она на меня, знаешь, скептически так посмотрела: «Ты никогда не будешь в топ-100». Я ей сказал, а я ей, знаешь, ничего не сказал, я просто про себя подумал, что ты немножко не права. И в этот же день, то есть вот я создал анкету, и ровно через сутки я уже был на девяносто восьмом месте через сутки. Через сутки. Благодаря

Стас Шмелёв: кому я вошёл в топ-100. Ну, у меня были нормальные фотографии. Угу. На меня элементарно люди заходили. А заходили они по той причине, что я написал рассылку. Вот как есть рассылка в WhatsApp, да, в эсэмэсках, там ВКонтакте, ещё где-то, спамерская, да? Какая-то оплаченная программным путём, да? А я вместо этого зашёл на сайт, открыл топ-100 этих лучших анкет и каждому человеку написал Угу. Ну, то есть там, ну, стандартное какое-то: «Привет, там, давай знакомиться» или что-то ещё. Помимо этих ста, я написал ещё трёмстам, менее популярным. И я написал куче людей, которые волей-неволей нажали на мою анкету, чтобы посмотреть...

Кирилл: Подожди, ну так, наверное, все делали или нет? В итоге?

Стас Шмелёв: Так делали все, но не у всех были дневники. Я же начал писать ещё и дневник параллельно. А и люди это видели, и поэтому никто не заходил. Типа, кто такой? Что он пишет? Там, а тут у него просто приветствие. Вот его первый раз. Вот. И на сайте, помимо всяких там популярных топ-100 людей всяких разных там возрастов, там типа от 15, наверное, до двадцати Там, типа, от пятнадцати, наверное, до двадцати пяти. Помимо этого, было много людей, у которых после ника было написано «клан». То есть, это реально был

Кирилл: не какой-то сайт для интимных-знакомств, несмотря на название. Это был реально молодёжный сайт. И это всё сделали вот эти кланы. Потому что типа люди любили объ Типа, люди любили объединяться всегда, да? Всю жизнь. Угу.

Стас Шмелёв: Вот. И один парень Женя создал ARNB-клан. Просто все любители RNB типа были вот RNB-клан. У него даже не было какого-то места, где эти люди собирались. Не-не в Интернете, нигде, а просто он написал в своём дневнике, что я создатель ARNB-клана. Если вы хотите быть Арранби-клана. Если вы хотите быть ну в нашем клане, то вы должны соблюдать различные требования. У вас должны быть клёвые фотки, вы должны слушать Аранби, вы должны ходить с нами в клубы и там, типа, и вы должны у себя в нике написать в скобочках «Арранби-клан». И я такой узнал, кто предводитель этого Оранби-клана? Их звали Женя и Паша. Угу. Ваша. Угу. А-а, у них были клички, хоп и знак. И я узнал, ну, с помощью этого сайта, что у них есть группа. Группа называется «Корона». И они вдвоём читают рэп, и они предводители этого рэнби-клана. И у них написано город, у одного там Бронск-Бронкс, у другого Нью-Йорк. Угу. И я такой думаю: «Вот а написать бы им». И я, знаешь, к ним относился как к парням с Фабрики звёзд, потому что они...как парням с Фабрики звёзд, потому что они реально выглядели как Тимати, как Ротмир, вот такие прямо вот офигительно одетые. А я же знал, что меня в школе, ну, в этой, в экстранате в Москве в 17 лет называют попугаем, да? Я думал, как бы этим я тоже не понравлюсь. Но я им написал, и оказалось, что это всё враньё, что они в Бронкси в Нью-Йорке, что они просто мальчики из Москвы. Москвы, из Конькова. И это я долго-долго отвечаю на твой вопрос, что же я делал помимо института? Да, у меня появилось ещё два настоящих друга Женя и Паша. Но работал ты?

Кирилл: Как ты жил? Не помню. Да? Вот то есть как-то не... Ну, ты где-то в киноиндустрии хотя бы... Типа. Не, а,

Стас Шмелёв: наверное, вот как. Я зарабатывал курьерской Наверное, вот как. Я зарабатывал курьерством 8350, тем самым доказав, что на 8 000 в Москве можно жить, если есть жильё, да? Угу.

Кирилл: Наверное, мне папа давал 8 000 в месяц, наверное. Не помню. Угу. Как-то, знаешь, для меня это настолько незначительный момент, типа я к нему никак не относился, поэтому, наверное, и не запомнил чего-то. Я понял. Наверное, такой момент был вни Наверное, такой момент был какой-то внегласный, типа, раз учишься, то, наверное, вот тебе деньги. Наверное, так. Не помню. Просто из-за того, что не было никаких, знаешь, сумм, из-за того, что я никогда не шиковал. Слушай, ты меня прямо в тупик поставил. Не, ну ладно. Потому что мне прямо я не понимаю. Просто мне кажется, что это не так. Я же достаточно быстро начал ещё ещё актёрствовать. Этим деньги зарабатывал. Мы наконец подбираемся к этому. Ты не поступил во ВГИК? И что после этого? А и после этого в армию пора было идти. А ты был в армии? Нет, мне запретил отец, я очень сильно хотел в армию. Ну, не сразу, то есть у меня прошло некото- Не сразу. То есть у меня прошло некоторое время, чтобы я захотел в армию. Я просто понял, что я вообще не понимаю, что происходит. Я лежал дома после непоступления в ГГИКИ. Просто я считаю, вот как: что если вот у тебя или у меня что-то в жизни не получается, угу, значит, мы к этому не приложили должного усилия. Ну вот мы с тобой не умеем чинить машину, правильно? Да. Ни ты, ни я, мы польз... Машину, правильно? Да. Ни ты, ни я. Мы пользуемся сервисом. Сервисом, да? И не зазорно не разбираться в машине, да? Потому что тот, кто работает в сервисе, он не разбирается в IT, например, как ты разбираешься, да? И он не разбирается в кино. То есть у каждой работы есть специально обученные люди. Мы вам поставляем кино, вы нам чините машину, например, так, да? Угу. Чините машину, например, так, да? Не зазорно. Но я уверен, что если я захочу разбираться в машине, то я просто начну это делать, пройдёт год, и я сам смогу чинить свою машину и кому-то ещё, да? То есть в этом нет ничего крутого. Угу. Когда люди кто-то гордится, что типа: «Ты вот это не умеешь делать». Или знаешь, есть те, кто говорят: «Ты не смотрел этот сериал». Ну, чувак, тебя отмен Сериал? Ну, чувак, тебя от меня отличает лишь то, что ты время потратил на то, чтобы смотреть этот сериал. Это не круто. Угу.

Стас Шмелёв: Вот. И-и-и... И вот когда я не поступил во в ГИК, то я вообще не понял, как это? Потому что я же приложил усилия. Я же, у меня всегда всё получается, если я готовлюсь, если я хочу и делаю, а тут бац и не... не поступил. Просто вот из-за того, что я почему-то плохо написал изложение. Непонятно почему, потому что я грамотно пишу, как мы с тобой уже говорили. И я пошёл домой и лёг в кровать и лежал. Лежал и ненавидел мир. Я лежал и-и-и я прямо думал: «А чё делать-то?» Ну, могу пойти. опять курьером работать. Могу, чё делать-то? И-и-и я лежал так, лежал, лежал-лежал. И потом подумал: «Ну нафиг меланхолию эту».

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Я взял в руки брошюру со всеми институтами и начал искать любой институт. лишь бы он был государственным, чтобы не поступать в Шарашкину. И лишь бы в нём было что-то творческое. Угу.

Кирилл: Увы, чего-то прямо творческого я не нашёл, но нашёл институт, который назывался гуманитарный институт телевидения и радиовещания. Угу. Ну,

Стас Шмелёв: вернее, я нашёл творческое, не нашёл государственное. Угу.

Кирилл: Гиттер, есть такой институт. Гиттер на полянке он, ну, он не очень известный.

Стас Шмелёв: Ну, все знают, мне кажется.

Кирилл: Нет, это тебе так кажется по той причине, что ты творческий. Тебя увлекает видеосъёмка, фотосъёмка, тебе нравится киноиндустрия, ты любишь YouTube, то есть ты вращаешься вокруг тех людей, которые знают Гиттер. Гиттер.

Стас Шмелёв: Угу. Ты знаешь институт Морхи? Да, конечно. Вот странно,

Кирилл: потому что его тоже не все знают. Ну, просто в разных местах знакомые

Стас Шмелёв: учатся. Вот-вот, а многие твои слушатели и зрители не знают ни Морхи, ни Гитлера. Ну, радиовещание. Люди в основном знают МГУ, МГИМО, Рудн.

Кирилл: Угу, в основном, вышку, Бауманку, плешку. Бауманку-плешку. Вот. А Гиттер я не знал к тому моменту. Узнал вот только что из книжки, пошёл и

Стас Шмелёв: поступил туда за пару дней. А, вот

Кирилл: так вот? Да. Ага. И

Стас Шмелёв: не стал там учиться. Потому что в это же лето я поступил ещё в третий институт.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И я подумал, что блин, ну вот я же год поучившись в этом Гиттере, я же потом через год точно пой Я же потом через год точно пойду штурмовать в ГИК второй раз.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Так может быть, мне этот год поучиться в чём-то другом? Совсем? Да. Я же точно вот что бы я, куда бы сейчас ни поступил, я точно оттуда

Кирилл: уйду. И поэтому возьму-ка я что-нибудь интересное. Я взял книжку опять эту с институтами и нашёл факультет политический PR. Факультет политический ПР, бизнес-Пар и реклама. Так назывался длинным названием факультет, ну, другими словами, учили быть пиарщиком.

Стас Шмелёв: Угу. Где? И-и-и где? В РГГУ. Угу. Российский

Кирилл: государственный гуманитарный университет. Э-э, я узнал со временем, что его закончили Малахов, Кандела... Это очень известный институт, типа последние люди отдали этому Люди институту пять лет жизни, и типа ничего в этом плохого нет. Да. Я поступил в этот

Стас Шмелёв: институт, начал ходить там философию слушать, социологию, то есть много всего было интересного. И вот, кстати, мы с тобой, я только что смог ответить на вопрос, типа, что я делал-то Ответь на вопрос, типа, что я делал-то это время? Вот, точно, я учился в РГГУ.

Кирилл: Нет, подожди, я имел в виду тот год до непоступления во ВГИК? Непоступления?

Стас Шмелёв: Да-да, на него я тебе ответил, что я типа поступал. Угу.

Кирилл: А в этот год...

Стас Шмелёв: Ну, а в следующий год ты уже учился, и ты опять же не был связан с киноиндустрией в плане... Ты... Да, я ходил в РГГУ, причём ходил всё-таки тяп-ляп, потому Чем ходил всё-таки тяп-ляп, потому что там мне были интересны не все предметы. Например информатика мне никогда не была интересна. Угу. В этом предмете, в этом институте у меня был предмет «математическая логика». Мне там на первом уроке сказал преподаватель фразу: если дважды два это пять, то Луна состоит из зелёного сыра. Угу. И я в этот момент понял, что этот предмет не для меня. Потому что я подумал: «Что ты несёшь?» И все такие, типа: «Ну да-да». Такие, типа, все это понимают. Я думаю: «Что за бред?» Я там перезвонил отцу и говорю: «Ну там на переменке». Говорю: «Слушай, пап, вот как бы ты авторитет для меня и всё такое». Мне тут на уроке сказали, что если дважды два это это пять, и папа продолжит, то Луна состоит из зелёного сыра. Я подумал: «Чёрт возьми, я не хочу жить в этом мире». Что? Что? Кто вы такие? Что с вами

Кирилл: не так? Я реально понял, что этот предмет не для меня, потому что если в нём углубляться и если там, ну, реально в нём копаться, в этом предмете, то реально есть доказательства того, что если дважды два это это пять, то у нас стоит зелёный сыр. Знаешь почему?

Стас Шмелёв: Нет. Потому что дважды два пять это бред. Угу. Бред? Да. У нас стоит зелёный сыр это бред. Да? То есть бред равен бреду. Ну, нет. То есть логика, типа. Ну да. Но почему это изучают на предмете, который ещё и называется математической логикой? Ну, в общем, прошёл ещё год я поучился в этом институте и потом поступил во-ВИК. А, так ты всё-таки поступил во-ВИК? Да.

Кирилл: Я же даже об этом

Стас Шмелёв: не знал. Таким образом, у меня было 17 вступительных экзаменов, которые я сдал. И таким образом я учился, не переставая до где-то девятнадцати лет. или двадцати, не знаю. Ну, в общем, я очень много учился, учился, учился, учился, но всё время был на первом курсе.

Кирилл: А какая у тебя история во вГИКе была? История

Стас Шмелёв: простая. Я поступил наконец-то, начал в него ходить, со мной за одной партой. Ну, как простая история, непростая. Со мной за одной партой сидела девочка, которая на данный момент является моей лучшей подругой. Угу. А лучших подруг у меня две. Их зовут Катя и Маша. И это была Катя. И Катя была актрисой. Хмм... Ну, вернее, как актрисой. И так как ей было 17 лет, она была просто человеком, который снимается в сериалах. Скажем так. Не сказать, что это прямо актриса. Но актриса это всё-таки кто-то дипломированный, тот, кто имеет право называть себя актёром. Ну и ладно, называй, как хочешь. В общем, со мной училась Катя, она была прикольная, я с ней общался немножко, сдружились, начали общаться, сидеть вместе на уроках. вместе ходить на уроки, пару раз после уроков куда-то ходили. Ну, в общем, прямо, ну, сдружились. Прикольная девчонка, самая современная из всех тех, с кем я учился. Я всех был уже на 2 года старше. Всем было 17, а мне 19. И мне с ним было, по сути неинтересно. Это то время, когда ещё эмы были, знаешь? Там пара Эмо. Были, знаешь, там пара тема боев были. Да-да-да. Какие, ну, в общем, у меня такая группа была, что, ребята, простите, если вы из моей группы и вы это слушаете, я с вами не кайфовал. Вот. Был парень Дима Бочаров, с которым нам было прикольно. Наташа Коротенко, Настя Акопян. Я решил реабилитироваться и всё-таки назвать тех были классными. Вот с этими ребятами я проводил время, а с парнями как-то, ну, не получалось. Вот только Дима Бочаров, парень, с которым я тоже до сих пор общаюсь и дружу. Вот. И-и поучился я так месяцок во вГИ и-и начал сниматься.

Кирилл: Угу. Но это благодаря Кате как-то произошло или что-то Благодаря Кате как это произошло или что-то делал?

Стас Шмелёв: А-а, нет, э-э, я начал сниматься ещё до этого. Мы с тобой там пропустили момент. Я там немножко поснимался в фильме ССД, и у меня был небольшой опыт в

Кирилл: фильме ССД. Это когда в тебя выстрелили.

Стас Шмелёв: Да, это когда я в триллере снимался, где вот арбалетная стрела влетела мне в голову. Это я на проекте решил поработать администратором на кинопроекте. И, будучи администратором, тоже таким: «Пойди-подай и не мешай». Угу. Координатором скорее, знаешь, я там печатал сценарии, возил актёрам, вот такое, выполнял всякие функции. В какой-то момент был кастинг, и была роль Фёдор. Угу. Там, ну, фильм про то, как

Кирилл: десять людей молодых попадают в лагерь заброшенный, и там снимаются реалити-шоу. И есть звезда, которая всем этим руководит. И вот из десяти человек... пять парней и пять девушек. И не все из пяти парней много разговаривают, потому что одного убивают самым первым. И у него там всего лишь там 10 реплик за фильм. И это был ты. И я подумал, что если я работаю администратором, то я, ну, и я знаю текст этого парня, потому что при мне проходил достаточно... часто кастинг. Я видел, как приходят различные парни на роль Фёдора, пробуются и говорят эти шесть-десять реплик. Я их выучил достаточно быстро. И ты

Стас Шмелёв: когда один из актёров опаздывал, я сказал: «Вы знаете, вот и я могу сказать». Надо мной немножко посмеялись, но сказали: «Ладно, иди говори». Я вып Угу, говори. Я вышел, рассказал и как-то, не знаю, может, я лучше всех сказал, может ещё что-то. Я просто экспромта добавил. У меня не было никакого стеснения, в отличие от тех актёров, потому что я уже всех знал. Я знал, да, присутствующих. Я просто, ну, типа, ну не получится не получится. Я же не актёр, мне-то чего терять? Угу. И меня утвердили на эту роль, и я получил небольшой, скажем так, опыт Был небольшой, скажем так, опыт в кино. Это вот первое было, что я делал. Это в РГГУ учился в этот момент? А я уже не помню. У меня уже всё

Кирилл: настолько смазано, смешалось, да? Мне кажется...

Стас Шмелёв: Летом детство ты... А, нет, наверное, это лето было. Я типа в ВГИК поступал. Не знаю. Да, потому что детство, оно меня делало, а вот это меня не делало, я считаю. Потому что именно потому, что я никогда не хотел быть актёром. Наверное, дело в этом, поэтому я к этому, ну, никогда не относился серьёзно. Вот. И я поснимался там в фильме в этом, имел какой-то опыт, и общаясь с той Катей, в Опыт, и общаясь с той Катей во вгике, я мог ей сказать, что я что-то могу на этом поприще. И поэтому она позже, когда узнала то, что в одном сериале, в котором она снимается, будет новый сезон, и там будет кастинг, то она посоветовала мне сходить. Это был сериал «Взрослые игры».

Кирилл: И что это был за сериал? Слушай, а если мы сейчас возьмём и такую сделаем вещь, которую не делали другие люди. Если я прочитаю о том, как я попал в сериал «Взрослые игры», потому что у меня есть пост в Инстаграме, он достаточно цельно написан, со всеми вот этими переживаниями, и он точно будет более слаженный, чем Будет более слаженной, чем то, что я сейчас расскажу. Ну, это переживание именно... Ну, не переживание, а вот то, что я сейчас бы рассказывал про взрослые игры, я это буду рассказывать там тяп-ляп, как получится. А если я прочитаю, то это будет оформлено.

Стас Шмелёв: Это будет точно быстрее, как минимум. Конечно, давай. Так О первом появлении в кинотеатрах я рассказал ниже. А это мой первый проект на телевидении. Сериал «Взрослые игры» стал моей главной актёрской школой, ведь съёмки длились 8 месяцев, и за этот период научили многому. Меня часто спрашивают, что я заканчивал? Ничего. Съёмочная площадка лучшая киношкола. Я про Лучшая киношкола. Я просто пришёл на кастинг и просто сыграл роль. Плохо сыграл, вообще не понимал, что делаю. Мне дали текст, познакомили с партнёршей, сказали, что пригласят в кадр через 10 минут. До этого на кастинге я был лишь однажды и просто сам говорил текст в камеру, а тут играть диалог с партнёршей, да ещё лишь 10 минут на изучение. Дико нервничал. Я и без того был деревянным, а из-за смущения перед партнёршей, наверное, сыграл в три раза хуже, чем мог. В итоге мне сказали стандартную фразу: «Мы вам позвоним». И не позвонили. Ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю. Но через месяц раздался звонок, и мужской голос сказал, что если я свободен 28 декабря, то мне будут рады. Видимо, у них под самый Новый год сорвались переговоры с каким-то другим актёром, объяснить выбор продюсера в пользу плохого актёра больше нечем. Но тогда я не знал, что я плохой актёр, и просто молча учился у своих коллег целых восемь месяцев....чился у своих коллег целых восемь месяцев. А когда сериал вышел на телеэкраны, мне позвонили с СТС и предложили роль в ранетках. Вот. Это такой вот есть пост у меня в Инстаграме.

Кирилл: Скажи, всё-таки форматирование в актёра это очень сложно. И я по себе знаю, даже если попытаться сыграть хоть какую-то маломальскую роль на камеру... Мало-мальскую роль на камеру это действительно очень сложно. То есть, может быть, кажется людям, что как он так плохо играет, но что для тебя это было?

Стас Шмелёв: Ничего. То есть совершенно. Я не согласен ни с чем, что ты сейчас говоришь, потому что для меня не было ничего легче и до сих пор. Видимо, потому что я плохой актёр. Наверное, если бы я был хорошим актёром, то, ну, там как-то подходить к роли, готовиться, там что-то делать.

Кирилл: Но то есть ты сам себя считаешь плохим актёром?

Стас Шмелёв: А как говорится, а вы играть не пробовали? Просто есть анекдот такой, типа, ну, на эту тему. Я не знаю, он не столько анекдот, сколько случай из жизни. Какие-то два актёра были. Один Актёры были. Один именитый, такой, типа, лет 60 поиграл, крутой актёр, там его все знают. И к нему подходит студент, там, ну, не студент, а недавно парень начинает актёрскую деятельность, там ему 23 года, он подходит и спрашивает: «Советы: вот знаете, вот у меня сейчас мне нужно будет играть психбольного». И я вот сейчас хожу в псих... И я вот сейчас хожу в психушки, там изучаю их всячески, читаю обо всём этом, узнаю, там жесты какие-то вырабатываю, там вот. И я-я вот изучаю своих персонажей, вот мне интересно, я готовлюсь к роли всячески, вот. И шестидесятилетний у него спрашивает: «А вы играть не пробовали?» И вот я примерно так к этому отношусь, что если получается, если меня куда-то зовут, если кто-то доволен моей актёрской игрой, раз в интернете кто-то пишет, что я их любимый актёр, то значит, значит, что-то в этом есть. Да, я себя считаю плохим актёром. Ну, вернее, я не актёр, чтобы называть меня плохим. То есть ты же не мойщик машин. Да. Поэтому, когда ты помоешь машину, никто не имеет права сказать, что ты её плохо помыл. Ты её отлично помыл, потому что, будучи не мойщиком машины, ты её помыл, да? Как глаживание рубашки, да? Ты же её тоже можешь погладить как угодно, но красавчик, что погладил. Вот. Э-э, ну, не знаю, я себя актёром не Не знаю, я себя актёром никогда не считал. Для меня актёрство это выучить текст, подходить визуально под того персонажа, которого... Ну, то есть, если я играл пару раз лузеров, да, я просил очки для этого, я где-то там заикался, где-то что-то делал. Я, ну, какую-то актёрскую работу я проводил. мне это всё давалось очень легко. Может быть, поэтому у меня нет каких-то значимых, больших, классных ролей. Угу. Я же не какой-то известный актёр для, ну, я

Кирилл: так считаю. Ну, я так понимаю, относительно. И значит, тебя позвали в рунетки, то есть позвали тебя уже даже не на кастинг, а просто играть сразу. Да, мне позвонили по телефону

Стас Шмелёв: и сказали, что Станислав, это вот канал СТС. Не хотели бы вы прийти познакомиться? Угу. И я подумал, что у меня была информация о том, что у Кадетства будет новый сезон. Угу. Я просто слышал об этом. У меня никогда не было агента, мне поэтому У меня никогда не было агентом, мне поэтому никто не мог это рассказать. Я просто сам где-то что-то слышал. И я подумал, что: «О, прикольно, наверное, будет сериал «Кадетство», новый сезон, меня, наверное, хотят новым кадетом. Ну ладно, пойду схожу. Было грустно, что меня хотят всего лишь одним там из пяти или шести кадетов, но оказалось, что меня хотят на одну из главных ролей в ранетке. Я узнал об этом на встрече. Ранетки. Я узнал об этом на встрече. И это был новый сезон ранеток, и со мной общался режиссёр и продюсер сериала. И он сказал, что: «Я тебя видел на телеке. Ты мне абсолютно подходишь. Меня устраивает, как ты выглядишь, как ты говоришь. Э-э-э, если ты не против, то вот иди в соседнюю комнату и подписывай контракт». Следовательно, я кого всё-таки устраивал как актёр. Да, видимо.

Кирилл: Скажи, пожалуйста, а что с твоей учёбой-то было в это время? Ты продолжал?

Стас Шмелёв: Я начал сниматься в ранетках, ну, не переставая сниматься в сериале «Взрослые игры». Угу. И помимо этого на меня ещё немножко свалился сериал-клуб. Вот. Таким образом я и Вот. Таким образом, я иногда снимался в трёх проектах одновременно и был достаточно востребованным в 19—20 лет именно в актёрском смысле слова. То есть у меня было там по 26 съёмочных дней в месяц. А вот эти пять оставшихся дней это были выходные в институте. И я в институте не появлялся. И рано или поздно, а скорее рано. Э-э-э я начал не устраивать ректора. Меня оттуда так и не выгнали. Потому что, ну, если

Кирилл: ты приходишь и сдаёшь экзамен, то тебя никто не выгоняет, да? Да. Ну, как-то так сессию я не закрыл. Всё я не закрыл. Угу. Там что-то перенеслось на следующий год. То есть не было такого, что мне прямо сказали: «Всё, проваливай, ты нам не нужен», да? Но как-то институт сам сошёл на нет в пользу того, что я решил, что пока вот люди будут сидеть и 5 лет учиться, зарабатывать деньги, я эти 5 лет буду зарабатывать деньги. То есть ты к актёрскому своему делу относился именно как к заработку денег? Абсолютно. То есть ты понимал, что если это идёт, надо этим заниматься?

Стас Шмелёв: Я понимал, что вот больше, чем сейчас, я ещё не зарабатывал. Угу. Когда-то меня устраивало 5 в день. Потом я начал зарабатывать 8 350 в месяц. Потом мы, с тобой, помним, звукооператором я заработал рублей 40. Нет, мы 100 пропустили. Ну да, в компьютерном. Компьютерные, да. Потом 40 был звукооператором, а вот сейчас я начал зарабатывать типа больше. И, по сути, не прикладывая к этому усилий, потому что у меня легко само идёт. На самом деле, очень интересный вопрос того, сколько зарабатывают актёры, потому что я не представляю масштаб. сумм. И плюс ко всему, ты, поскольку не профессиональный актёр, ты же не мог себе ставить какую-то цену. Или... Мне предложили предложили на неё согласился. Хорошо. Ну, то есть, в любом случае это какие-то хорошие суммы. Нет, это обычные зарплаты хорошие, то есть это как? Нет,

Кирилл: нет, это... Ну, я не знаю, для всех разные деньги хорошие. Когда я снимался в сериале «Взрослые игры». игры», мне предложили зарабатывать 3 000 в день. А, то есть там по дням? Это мало денег, если в

Стас Шмелёв: месяц, да? Да, актёр всегда получает исключительно за день. А сколько обычно дней

Кирилл: в месяц так? Вот, и у разного актёра, соответственно, разное количество дней в месяц. Если ты актёр главный, то у тебя там 25. Слушай, подожди, действительно, за целый день 3 000 это...

Стас Шмелёв: Да, день длится 12 часов. Ты принадлежишь им на 12 часов, они могут с тобой делать всё, что угодно. Они могут снимать тебя в любом количестве сцен. В любом. Теперь я понимаю Ермольника и того, кто действительно зарабатывал. Вот. Но 3 000 это же я получал, мне было 18—19. Например, есть актёры которые зарабатывают 500 000 в день. В прямом смысле, каждый день, то есть за 2 дня 1 000 000

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Это всё зависит от актёра, от его крутости.

Кирилл: Окей.

Стас Шмелёв: Я был плохим и некрутым актёром. То есть и даже в ранетках, или вронетках, тебя уже оценили как-то... Вронетках чуть больше. Чуть-чуть больше.

Кирилл: Угу. Дальше как развивались события? Сколько Эа, дальше как развивались события? Сколько ты снимался в итоге в «Ранетках» по времени? И ещё ты в сериале «Клуб» снимался, то есть после этого ты где-то ещё снимался?

Стас Шмелёв: Да, я много снимался, в итоге у меня около двадцати пяти ролей. Двадцать пять. Да, мы с тобой можем открыть Кинопоиск, там посмотреть. Не-е-е, я смотрел, но просто я даже... В итоге около того. именно ролей, да? Но больших ролей было не так много. И да, многие, кстати, удивляются тому, что у меня так много ролей, потому что они не такие яркие, не такие заметные, как ранетки. И это нормально, потому что ранетки были на билбордах повсюду. Этот сериал был прорывным когда-то. И я знаю, что некоторые смущались Знаю, что некоторые смущаются говорить, что они снимались в ранетках, потому что это типа был Ширпотреб. Или есть у меня несколько знакомых, которые говорят: «Чувак, а вот чё ты где-то, ну, берёшь и без проблем об этом говоришь? Это же не круто сниматься в раннетках». Не знаю, я всё, что я делал, я уважаю любой свой труд, и я-я когда-то, может быть, есте Я когда-то, может быть, и стеснялся бы, что я снимаюсь в таком сериале, только из-за названия. Угу. Потому что, знаешь, там сразу после этого вышел сериал, например, «Закрытая школа». Крутое название класс! Сериал «Закрытая школа». Я снимаюсь в сериале «Закрытая школа». Круто. А я снимаюсь в Ронетках, звучит не так круто, да? Но зато я принимал участие в проекте, который помнят до сих пор. Да. Э-э, в эт- ну Да. Э-э, в этом, ну, есть паблики, посвящённые Ранеткам ВКонтакте. И меня часто спрашивают про этот сериал. То есть глупо отказываться от него. Это как если Дэниэл Рэдклифф попробует где-то говорить, что он кто-то помимо Гарри Поттера. Да кто он ещё, кроме Гарри Поттера? Это нормально совершенно. И-и-и, ну, это я к тому, что многие люди типа, удивляются, типа: «Блин, ты ещё где-то снимался». Да, просто эти проекты не дошли до вас, потому что это, например, какие-нибудь фильмы на втором канале, которые

Кирилл: мы с вами не смотрим. Сколько в итоге ты, на самом деле, хотелось бы что-то больше про ранетки у тебя спросить. Но мне кажется, что об этом довольно много информации в целом. То есть хочешь спроси. Не знаю, интересно в целом твоё ощущение как тебе был этот опыт, э-э, поскольку действительно, наверное, это дало тебе серьёзную популярность. И, наверное, по этому фильму все тебя знают, да? Фильму-сериу.

Стас Шмелёв: Я никогда не чувствовал популярность в плане того, что типа: «О, я популярен». Вот такого у меня момента. никогда в жизни не было. Известность хорошо? Вообще

Кирилл: никогда. Ну, популярность в узких кругах, вот если с такой ремаркой говорить, то да. Я её почувствовал, когда в Макдоналдсе не смог кушать. Когда в Европейском не смог ходить без капюшона. Хмм, когда оказался

Стас Шмелёв: Угу. Хмм. в детском лагере и мне пришлось дать 200 автографов. Угу.

Кирилл: Вот тогда я почувствовал, что типа кто-то смотрит сериал, и кто-то узнаёт. Но я ведь не клёвый актёр, которого все знают, а я всего лишь персонаж из сериала «Ранетки». Поэтому в этом нет ничего крутого? Ну, я так понимаю, что в ранетках все играли сами себя. И Как все играли сами себя. И в этом-то и была идея? Или нет? Ну,

Стас Шмелёв: я там играл полного отличника, поэтому я явно не был с собой.

Кирилл: Но, по крайней мере, все были под своими именами, и в целом была приближена... Не все, наоборот,

Стас Шмелёв: никто. Только Ранетки и я были под своими именами. Ранетки это группа пятерых девочек. Нужно

Кирилл: ремарку тут сделать, потому что вдруг кто-то не знает. И я был новым персонажем, который пришёл туда, в школу, и типа вся школа слушала ранеток. А я сказал, что нет, теперь все будут слушать рэп. Я действительно занимался

Стас Шмелёв: рэпом к тому времени. Вот я рассказывал про парней, хоп и знак, у них были, была группа Корона. Угу. Ну, я стал участником этой группы. группы и её стал лидером. Так это который из

Кирилл: дамочки секс? Да. Хорошо, ну тогда, может быть, ты можешь как-то в целом описать свой опыт съёмки в ранетках и что это тебе дало в итоге? Если можно, как-то это вообще? На редкость я не понимаю вопрос. Да? То есть я на любой вопрос могу ответить, потому что, типа типа, для меня что-то значит, я что-то помню, что-то связанное с...

Стас Шмелёв: Ну то есть ты никак не расцениваешь на самом деле это время или как это была работа и работа. Так же, как и?

Кирилл: Да, мне просто повезло, что продюсер и режиссёр сериала «Ранетки», как, ну, включил телевизор, увидел меня на другом канале, пригласил сниматься, и я продолжил зарабатывать деньги....формации, и я продолжил зарабатывать деньги, просто помимо заработка меня ещё и по телеку показывали. Я не понял то, что меня многие смотрят, и запоминают из-за того, что не было развитых соцсетей, опять же. То есть сейчас любого человека, если начнёшь показывать на СТС и на Человек, если начнёшь показывать на СТС и на ТНТ, то у него мгновенно взлетают цифры в Инстаграме, например, да? Потому что все его ищут, находят и: «Привет». А-а я же был в сериале «Стас Комаров». Угу. Кого будут люди искать в Интернете? Стаса Комарова? Ну да. Но я как бы не Стас Комаров. Вот. Поэтому Инстаграма не существовало вообще, и я до меня не мог достучаться мой зритель. Угу. То есть я с ними тогда общался гораздо меньше, чем сейчас, потому что сейчас есть Instagram, и мои зрители наконец-то мне могут написать, что типа вот, я смотрел сериал, я тебя любила. Только сейчас я понимаю, что действительно кто-то смотрел. Угу. То есть есть шутки, что там ты моё криминальное прошлое. Я-я достаточно, ну, я с теплом принимаю эти шутки, потому что понимаю, что человеку тогда было 14 лет, а теперь 20. И что пишет двадцатилетняя девушка о том, ну, и она не стесняется признать то, что она меня обожала. Угу. Некоторые присылают фотографии плакатов, которые у них на стене висят, там со мной. Это интересно. Кто-то присылает например, игральные, там карты посвящены ранеткам и там Король червей

Стас Шмелёв: это я. То есть мне отданы различные там любовные роли. Хорошо, тогда такой может быть дурацкий вопрос. Но в

Кирилл: целом тебе нравилось быть актёром? Я думал, ты скажешь, что

Стас Шмелёв: нравилось ли сниматься в ранетках. А ну,

Кирилл: нравилось ли сниматься в ранетах? Ну, нравилось ли сниматься в раннетках и в широком плане быть именно актёром?

Стас Шмелёв: Не знаю, я из-за того, что себя никогда не считал актёром, я не думал, нравится мне это или нет. Ну вот ты когда работал, тебе шёл на работу с радостью или тебе? Ну, скажем так, мне это не было противно. То есть, если да и сейчас, если мне завтра предложат где-то сниматься, а мне, собственно, предлагают завтра сниматься Да, мне вот на email сейчас пришёл сценарий фильма «Половинки». Предлагают там сниматься. Но помимо этого ещё где-то предлагают. Ты думаешь, я в этом году нигде не снимался или в прошлом году? Не знаю. Я иногда где-то снимаюсь, там на пару дней, есть какой-нибудь персонаж, которого можно сыграть, и я прихожу, прохожу кастинг, пробую...

Кирилл: Ну ты целенаправленно не хочешь как-то продолжать именно в серьёзных ролях себе и находиться? Угу.

Стас Шмелёв: Мне не нравится, ну, на данный момент жизни мне не нравится любое начальство.

Кирилл: Хорошо, мы на самом деле немножко

Стас Шмелёв: Я не хочу, чтобы у меня хоть в чём-то был начальник. опять отошли... Мне не нравится на кого-то работать, скажем так. люблю только на себя работать именно в данный период.

Кирилл: И ты как актёрство как фриланс сейчас воспринимаешь?

Стас Шмелёв: Абсолютно. Да, как хобби, за которое ещё и могут заплатить.

Кирилл: Сколько ты прямо актёром долго-долго работал, поскольку в этот момент, какой-то момент был, когда ты закончил всё-таки серьёзно

Стас Шмелёв: работать актёром? По ощущениям, где-то здесь По ощущениям, где-то с 19 до 21-го. То есть два года. То

Кирилл: есть, по сути, ранетки и потом ещё... Скажем так, фильм ССД, сериал «Взрослые игры» и сериал «Ранетки». Потом было, ну, меньше.

Стас Шмелёв: И потому что я, ну, я тебе уже говорил, что у меня никогда не было агента. Угу. И поэтому даже если меня многие и видели в сериале Ранетки, и даже если они меня хотели куда-то пригласить, они не знали, то они не знали моего емейла, не знали моего телефона, и а я никогда сам этим не занимался ровно по той причине, что я не хотел быть актёром. Ну, то есть, я не пытался им быть.

Кирилл: То есть, грубо, если бы всё происходило на 5 лет позже, они бы заходили в твой Instagram, видели твой актёр, конечно, и просто тебе писали.

Стас Шмелёв: Да, абсолютно точно. Что? И просто тебе... Да, абсолютно точно. Ничего. Вроде бы недавно-то это всё было. Ну, то есть относительно пять... Да, раньше человека нельзя было найти, если он нигде не оставлял свой номер телефона. Абсолютно. То есть сейчас агенты в целом немножко, наверное, пропадают как... Да, я думаю, что сейчас абсолютно свой Инстаграм можно использовать как своего агента.

Кирилл: Скажи, как ты перешёл на следующую стадию? потому что ты как бы был актёром, и дальше начал, продолжил развиваться в кино, но уже в качестве кого?

Стас Шмелёв: У меня мысли появились конкретные, когда я вот актёрством, скажем, серьёзно занимался, да? Угу. Вернее, это не я актёрством занимался, а меня звали. Меня занимали. Да, просто кто-то считал,

Кирилл: что я им подхожу в кадре. О'кей. Я в какой-то момент подумал, что э-э работа, если её так можно назвать, очень сильно зависит от твоего внешнего состояния.

Стас Шмелёв: То есть, вот мне 20 лет меня снимают. Я никому не даю свой номер

Кирилл: телефона, но я могу сейчас пойти по всем киностудиям, раздать свои фотографии, раздать номера

Стас Шмелёв: телефонов, буду сниматься, да? Ну вот будет мне 40 лет. Ну, даже 35 пусть будет лет, у меня будет, допустим, жена и ребёнок. Угу. Они что, будут всегда зависеть от того, как выглядит их папа. Угу. То есть лицо. Потому что если я подерусь где-нибудь там на улице, на улице и получу, например, бутылкой по лицу, и там мне, например, шрам какой-нибудь оставит на лице, значит, моя семья станет хуже есть? Это же неправильно, это какая-то... получается работа, которая зависит от внешности. И я не хочу такую работу. И я подумал, что а если от обратного пойти и наоборот представить, что ты максимально плохо выглядишь. Угу. И найти такую работу, которую ты мог бы выполнять, даже вот, допустим, под поезд попал и ноги тебе переехали. Под поезд попал и ноги тебе переехало. И вот даже без ног какую работу можно выполнять? И я подумал, что режиссёр монтажа сюда подходит, потому что я люблю кино. Я хочу быть режиссёром-постановщиком, но не дорос и ну никто не предлагает, не зовёт. Но вот если режиссёром монтажа попробовать быть и попробовать на киностудии на какой-нибудь вот поработать именно режиссёром монтажа, смонтировать какой-нибудь проектик, причём дёшево. Я всегда любил такую модель общения с людьми, заказчиками, типа, сколько вы вон тому платите? Вот столько. Я готов меньше получать за эту работу и делать лучше....за эту работу и делает лучше. Угу. И так оказалось, я на киностудии начал монтировать фильм и серию делать за маленькие деньги. И серий было четыре у фильма. Я в очень быстрый срок сделал эти четыре серии, и они оказались неплохими. Их показали по телевизору, и проект, ну, четырёхсерийный фильм называется Tele Movie. Трёхсерийный фильм называется Tele Movie. И этот мувик, как мы его сокращённо называли, у Мувика был неплохой рейтинг. Мне дали смонтировать ещё один мувик на четыре серии. На потом на этой же киностудии пришёл там шестнадцатисерийный сериал, я смонтировал. Потом тридцати-двухсерийный сериал. И это был стабильный заработок, потому что 32 серии ты монтируешь на протяжении нескольких И ты монтируешь на протяжении нескольких месяцев, и тебе выплачиваются деньги за каждую серию. Как актёр получает за каждый день режиссёр монтажа за каждую серию. И помимо этого, я, работая уже несколько лет режиссёром монтажа, начал понимать больше в режиссюре постановщика.

Кирилл: Прости, маленький вопрос. Ты сам как-то начал учиться монтировать?

Стас Шмелёв: Да, я в прямом смысле, ну, начал смотреть, как другой режиссёр монтажа, на какие кнопки он нажимает. Я начал записывать на бумаге, какие комбинации что означают. Я-я в прямом смысле визуально всему научился. Ну, плюс, помнишь, вот то, ну, какое-то появившееся чутьё, когда я увидел, ну, я говорил, что я Видел, э-э, ну, я говорил, что я смотрел фильм, э-э, Авиатор Мартина Скорсезе, и там я увидел монтаж. Теперь осталось только то понимание приложить к рукам и руками начать монтировать чужие фильмы, какие-то другие. И-и-и вот, кстати, отсюда вытекает дальнейшее. Очень многое мне дала режиссёр монтаж... Очень многое мне дала режиссура монтажа. И я впервые смог финансово заработать не хорошо, вот прямо вот всего лишь хорошо, а как нам, как мне вновь казалось на тот момент, много. То есть каждый раз какие-то, каждый раз следующий раз кажется много. Потому что вот первые 5 да, мало 100 много. Потом 100 становится мало, 8 000 кажется много. После 8 000 мало, 40 000 много. И вот в очередной раз мне показалось, что я заработал на режиссёр монтажа столько, что я, наверное, впервые могу за границу поехать. Угу. Вот-вот.

Кирилл: То есть, то есть это было не когда ты был в ранетках?

Стас Шмелёв: Нет. Когда ты работал? Я за Нет. Я за границу впервые попал в 23 года. Угу. Вот. И ты продолжил работать режиссёром монтажа? Да, я работал режиссёром монтажа долго, прямо до а, ну, хотя нет, сейчас подумал, если мы берём, что актёром я был с девятнадцати до 21, то режиссура монтажа была, значит, с двадцати...монтажа была, значит, с 21 до 24, потому что вот за эти три года я штук двадцать, наверное, фильмов смонтировал.

Кирилл: А есть какие-то примеры хотя бы, которые ты монтировал? Фильмов, сериалов? Известных?

Стас Шмелёв: Известных, наверное, нет, потому что всё это телевизионные проекты, а мало кто смотрит из интернет-аудитории телек. Ну то есть даже сложно что-то сказать. нет, я-то назову хоть каждый, но я не считаю, что что-то из этого популярно. Но легко зайти на Кинопоиск.

Кирилл: Ну да. Кинопоиск очень понятный. Мы ссылку оставим, я думаю,

Стас Шмелёв: если интересно посмотреть, чем занимался. Там написаны всё, что я делал в кино, есть на этом сайте и как актёр, и как режиссёр-монтажёр, и как режиссёр-постановщик. И вот мы подобрались уже к... становщик. И вот мы подобрались уже к режиссёре. Да. И это в двадцать четыре у тебя. Как-как это произошло?

Кирилл: Как ты стал наконец режиссёром? В конце двадцать четвёртого года, то есть приближаясь к двадцати пяти годам, да?

Стас Шмелёв: Я по-прежнему монтировал на киностудии, где, ну, у киностудии, соответственно, были главы какие-то, там, креативный продюсер Вы какие-то там, угу, креативный продюсер, креативный директор. Вот. И за 4 года работы на этой киностудии у меня появился какой-то, ну, вес, скажем, если так можно, конечно, сказать про человека, которому всего лишь там 24 года. Ко мне начали прислушиваться, то есть, если в соседнем кабинете не получается сделать что-то по монтажу, то меня звали и такие, типа: «Ну, Стас, а как думаешь, что вот здесь можно сделать? Вот чтобы было вот такое ощущение? Потому что монтаж это же не просто склейки, а это рассказ истории, возможность хмм влиять на ход событий? На ход событий. Нет, я имею в виду, на зрителя, то есть чтобы зритель подумал определённую вещь, это можно сделать с помощью монтажа. То есть сделать акценты. Ну да, например, если ты увидишь человека, который смотрит в тарелку это одно. А если ты смонтируешь параллельно, например, авиакатастрофу в середину вставишь, да, а потом опять он смотрит в тарелку, то ты уже можешь подумать что: «Ой, наверное, этот мужчина потерял кого-то в авиакатастрофе и сидит и размышляет об этом». Это пример, примитивнейший пример того, как монтаж может влиять на мысли и сознание. И с помощью монтажа делается кино. То есть есть даже понятие, что можно снять плохо, но хорошо смонтировать, тогда фильм будет хороший. Да. Вот. И-и-и ну меня на этой киностудии, видимо, начали считать тем, кто что-то понимает в кино. И когда один из проектов этой киностудии запускался и у киностудии сорвался режиссёр То есть планировался один режиссёр, но он в последний момент отказался и вместо него встал другой режиссёр, но который не планировал и может снимать всего лишь день-два. То ко мне пришли главы этой киностудии и сказали, что вот, слушай, есть такой проект, его сейчас некому снимать. Ты хотя бы денёк-два снимишь. Угу. Если плохо получится, то мы тебя заменим. Но если вдруг будет хорошо, а нам кажется, что будет хорошо, потому что ты тут уже много лет работаешь, мы тебе доверяем, видим, что ты можешь снимать ты. Я сказал нет, нет и точка. Вообще не обсуждается, я-я точно испорю. Не обсуждается, я-я точно испорчу, я не хочу, я не умею, я не буду, да ещё я всю жизнь хотел быть режиссёром, а тут я буду чужой какой-то проект снимать, я хочу снимать только свой проект. Ну, кстати, мы с тобой немножко пропустили одну вещь. Я же тебя сейчас не просто так подвёл к за границей. Я за границей, ну, то есть за границей я впервые начал снимать кино. Угу. В 23 года я оказавшись в Лондоне, начал снимать фильм «Выбор». Там, в Лондоне случайно оказалась вот моя подруга Катя. Мы переписывались, и она сказала, что: «Ну, вот я рассказывал, что во вГИКе со мной училась Катя». И у Кати, кстати, есть фамилия, а то я ни разу не сказал Катя Кабак. Угу. Вот. Э-э, мы с Катей переписывались, оба оказались в Лондоне, встретились там, и решили начать снимать мой фильм. Потому что у меня была идея фильма «Выбор». Угу. Вот. И она происходила где-то за границей. Ну, то есть не она, а сюжет фильма, он, он, сюжет. Фильм, он, он, сюжет происходил где-то за границей, я не смог придумать, где. А в какой-то момент я понял: «Блин, а вот тут же можно снять первые кадры этого фильма, потому что вот, например, вот в этом доме, а потом всё, что угодно доснять в России». Угу. Вот. Потому что у меня был заявочный план дома снаружи. И Катя достала тарелку. Достала э-э тарелку. Потому что каждый фильм съёмки начинаются с разбивания тарелки. Абсолютно все фильмы снимаются так, что покупается тарелка, на ней пишется название проекта, участники проекта, и потом режиссёр, здороваясь со всей съёмочной группой, перед началом съёмок, в начале первого съёмочного дня, берёт тарелку и там, типа, на счастье, разбивает эту тарелку об камеру. Необязательно об камеру, можно то, на чём камера закреплена, там компендиум, вот. Мы с Катей благополучно разбили тарелку. Вдвоём, на которой были, да, написаны наши фамилии, наше название нашего фильма первого совместного, и сняли первый кадр. Сейчас я не знаю, где этот кадр лежит. лежит, но вот тогда я впервые стал режиссёром. Ведь ты становишься режиссёром, когда начал снимать, а не тогда, когда вышел твой фильм.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Вот. И здесь, в итоге, меня они всё-таки уговорили, чтобы я поснимал. Но уговаривать меня нужно было недолго, потому что... Ты этого хотел всё-таки?

Кирилл: Я хотел снимать кино. Угу. Но я не хотел снимать сериал для Второго канала. Угу. Но тут

Стас Шмелёв: повезло, что сериал оказался прорывным, таким прямо мощным, не стыдным. Я в итоге горжусь этим проектом. Он получился, на мой взгляд, хорошо. Я очень добросовестно к нему отнёсся. И когда я сним И когда я снимал этот проект, я его очень любил, да, однозначно. И позже я, ну, я снял его за 180 дней, это очень быстро. Потому что у него 20 серий. И-и ну это с учётом того, что там взрывы постоянные это экшн, авантюрный экшн. Это экшн, авантюрный экшен. То есть его снять за 180 дней это однозначно круто. Потому что если кто-то тебе говорит, что он снял за 180 дней комедию, то это не очень, потому что там они в основном разговаривают, да? Ну, или драму, например. И после этого я сам смонтировал этот фильм.

Кирилл: То есть ты был и режиссёром в целом?

Стас Шмелёв: И режиссёр-постановщик, и режиссёр монтажа, и монтажёр, и актёр. Я в этом и ещё немножко фокус крутил. Ну, сценарием у меня тоже немножко работал. Ну, то есть, когда ты режиссёр и когда ты хочешь, чтобы фильм получился хорошо, по сути ты выполняешь все должности по чуть-чуть хотя бы. Ну, то есть ты заинтересован в этом. Как Интересован в этом. Как называется сериал? Сериал называется

Кирилл: «Провокатор». И он уже вышел?

Стас Шмелёв: Он уже прошёл... Его должны запустить на канале Россия 1, не знаю когда. Но, по-моему, он уже есть в Интернете, правда, в качестве всего лишь 720. Я его снимал в 4K. И Подобрались к тому, мы плавно подобрались к тому, что происходит сейчас. На самом деле, я вообще удивлён, если кто-то нас дослушал до этой точки. А сколько? Уже 2 ч 22 минуты.

Кирилл: Скажи, чем ты занимаешься сейчас после того, как ты перес-, как закончил съёмки сериала?

Стас Шмелёв: Чем? Это, в принципе, уже можно назвать Ну, настоящим временем? Ну, нет. не очень, потому что этот сериал был в тринадцатом году, а у нас сейчас с тобой середина шестнадцатого. После этого мне предложили снимать ещё один сериал. Да, я его снял ещё один сериал. Я пропустил, я перепутал. И как режиссёр. Не уже, а тот я тоже снимал как режиссёр. Не, ну, в смысле,

Кирилл: уже совсем, то есть прямо тебя как режиссёра понрали?

Стас Шмелёв: Да, меня как режиссёра позвали, и я как режиссёр монтажа смонтировал вновь. И-и вот я говорил недавно то, что мне деньги режиссёра монтажа казались большими. Угу. Вот теперь они начали казаться меньше. Угу. Потому что я увидел те деньги, которые можно заработать как режиссёр-постановщик.

Кирилл: Угу. И-и-и вот И вот я тебе сейчас долгое время рассказывал, что я с 9 лет всегда зарабатываю. Угу. Но тебе никогда не рассказывал,

Стас Шмелёв: как я трачу. Угу. Потому что я никогда не тратил. Ну, в принципе,

Кирилл: по тебе это видно. Ой, ты сейчас так

Стас Шмелёв: сказал, как будто я сижу в лохмотьях.

Кирилл: Нет, ну видно, что ты не излишне тратишь, то есть ты тратишь на то, что тебе действительно необходимо. И когда мы обсуждали то, за сколько ты что покупаешь и как ты это находишь по какой цене, я вижу, что ты относишься?

Стас Шмелёв: Я очень уважаю те деньги, которые я зарабатываю, поэтому я не стесняюсь искать лучшую цену. А-а, я люблю анализировать, где, как, на каком сайте, что дешевле, и ну я люблю покупать только самое луч-е-е... Я люблю покупать только самое лучшее. То есть я не трачу деньги на промежуточные какие-то продукты. То есть, ну, я не понимаю, как можно купить iPhone 16 ГБ, когда есть там iPhone 128 ГБ, да? Ну, то есть это примитивный пример, на самом деле нужно было привести какой-нибудь пример про камеру. То есть нет смысла тратить там 100 000 на карту. Там 100 000 на камеру. Когда камера за 120 000 снимает несколько функций лучше, и эти функции понадобятся. Ты один раз платишь на 20 000 больше, но зато потом эти функции тебе делают фильм твой, ну, на целый там какой-нибудь приём лучше, там, Slow Otion, допустим. А-а, это я сейчас говорю как раз к тому, что из-за того я никогда не тратил деньги бездумно, то заработав некоторый капитал как режиссёр-постановщик, я смог этот капитал куда-то вложить.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: А деньги я не тратил не только потому, что я такой весь продуман, такой: «Ух ты, я сейчас тут бизнес себе открою», а по той причине, что я так как приезжий, мы с тобой упустили тот момент, что я, ну, в 17 лет мы сказали, что я жил в квартире, которую снимал отец. Угу. Но уже в 18 лет, когда я стал, ну, когда я уехал из этой квартиры, когда вот я на ранетках начал зарабатывать, да, когда я режиссёром-монтажером То есть, да, когда режиссёром монтажа работал. В общем, я начал снимать

Кирилл: квартиру сам. Угу. И это была плохенькая квартира на окраине. И я всегда хотел жить в центре. И всегда думал, что как только я где-то начинаю денег больше зарабатывать, то я не буду машину покупать, там, не буду буду там шубы, я не знаю, что ещё люди покупают, просто я ничего не покупаю.

Стас Шмелёв: Мне там элементарно нужна одежда, еда и в кино ходить.

Кирилл: Угу. Я не знаю, на что деньги тратят.

Стас Шмелёв: Не, ну люди летают, путешествуют. Ну вот люди, у них есть ещё такое понятие, как я устал. Вот я никогда не уставал. Ну да, я тоже. Я вообще, я вообще не знаю, что такое уставать. Ну, устал поспи. Да, вот. Я тоже так. считаю, что ты можешь поспать, и ты снова свеж. Да. Вот. И-и поэтому я в общем, я всё время, когда чуть больше зарабатывал, то я начал повышать, начинал повышать уровень квартиры. То есть, если я там жил за 20 000 я начал находить кварти-на-я Если я снимал квартиру за 20 000 то тут я решил начать снимать квартиру за 25. Там пожил в ней полгода, начал больше зарабатывать, начал снимать квартиру за 30.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И вот так постоянно я те деньги, которые тратил, я получал, я так или иначе их тратил на квартиру. И даже если б я что-то хотел серьёзное купить, у меня этого не было, потому что денег моих хватало обычно на аренду жилья и на еду. Вот. А вот когда я как режиссёр-постановщик заработал деньги, то я их впервые увидел, что типа вот деньги. И ты уже жил в центре при этом. Да. Я-да. Э-э-э, и я такой, типа, эти деньги не Я такой, типа, эти деньги невозможно потратить на аренду квартиры, на еду невозможно. На еду невозможно потратить. Это как раз те деньги, которые, наверное, люди тратят бездумно. Вот я сейчас могу летать начать, могу купить себе машину офигительную. Но ведь это не я. Ну да. Я решил, что я из этого из этих денег я куплю необходимое то, что не мог купить раньше в связи с постоянной арендой квартиры. То есть, например, у меня никогда в жизни не было мощного ноутбука. И я всегда перебивался на каких-то там тоненьких, пускай и хороших, Macbuk Air, да? Престижный ноутбук, ноутбук, у которых Ноутбук. Но ноутбук, у которого тупые мозги, на нём ничего нормального не смонтируешь. То есть ноутбук для того, чтобы в интернете серфинг устраивать, да? Вот я решил купить мощный Macbook Pro там конкретный, там. Ну, подожди, всё равно это не такие важные. Ну, у меня до этого не было таких денег свободных. То есть режиссёр монтажа, я не мог себе позволить купить самый топовый в мире. мире в истории Макбук. Потому что у меня именно такой ноутбук. Ну, подожди,

Кирилл: а это ты в каком году закончил снимать второй сериал? И как он назывался?

Стас Шмелёв: Сериал второй назывался «Не пара». Закончил я его снимать, наверное, в четырнадцатом. В конце? Да, в конце Года. И вот, собственно,

Кирилл: четырнадцатого года. И вот, собственно, с пятнадцатого уже можно сказать, что ты в настоящем времени мы сейчас находимся

Стас Шмелёв: Да, ровно с 1 января 2015 года мы можем называть по сейчас, вот полтора года сейчас, да, идёт то, что я отказался полностью от начальства и как раз тебе об этом рассказываю. Именно заручившись историей о внушительном капитале. Не знаю, каждый слушатель представляет цифры сам, что для него является внушительным капиталом. Но вот я говорил, какие у меня примерно градации. И вот тут я впервые мог потрогать деньги. И я подумал, что я не буду их тратить, потому что это глупо. Вернее, я их потрачу, но с умом. И пусть это будет бизнес. Угу. Но я не хочу

Кирилл: такой бизнес, который съест 100% денег, потому что тогда их можно все 100% потерять ровно из-за того, что бизнес может прогореть.

Стас Шмелёв: И я подумал, что если пять бизнесов сделать? Ну, вернее, это я сейчас маневрирую такими мыслями. как пять бизнесов, да? А тогда я просто подумал, что может быть на 10% сделать бизнес, а 90 пусть полежат. А вот на эти 10%, грубо говоря, отнестись к ним так, что

Кирилл: типа потратил 10% на бизнес. И вот даже если не пойдёт, я не умру. Я не прогорю. Я возьму, открою другой бизнес, уже

Стас Шмелёв: теперь, допустим, на 20% подороже. И всё равно, даже если с ним ничего не получится, я не умру. У меня всё равно останется какой-то капитал. Но, забегая вперёд, на данный момент абсолютно всё, за что я брался, я хотел сказать получалось. Не получалось, а получа... Получалось. Не получалось, а получилось. Абсолютно всё. Абсолютно всё то, что я сделал, оно развивается, оно живёт, люди этим пользуются. Я ото всех скрываю, чем это является, потому что, ну, мне нравится такой момент, что мои друзья, мне друзья-знакомые иногда советуют мне воспользоваться теми продуктами. или теми, ну я специально говорю завуалированно продуктами, потому что услугами, продуктами. Да, услугами, продуктами, всё, что угодно, да. По-разному можно воспринимать. Могу лишь сказать то, что я всё время забываю, у меня сейчас пять или шесть бизнесов. Вроде бы шесть.

Кирилл: Ага.

Стас Шмелёв: Точно не семь. и точно не четыре. Либо пять, либо шесть. Всё время забываю, могу прямо сейчас посчитать. Но не суть. И они всё время с каждым днём развиваются, я работаю над каждым. Э-э-э есть некоторые, которые я пустил на, скажем так, конвейер, поставил там начальника.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И...начальника. И все люди вокруг считают, что именно это главный. И-и ну там есть начальник, типа, и есть те, кто работает. Иногда я прихожу в эту компанию, в которой я главный, да? И-и-и мне вот те, кто работают, ну, там грубо, ну, на самых низших работах, да, они мне иногда говорят, что типа не ставьте сюда ноги. Ааа. Ну, это например. И я такой типа: «Да-да, как скажете».

Кирилл: А ты специально ставишь туда ноги, потому что ты на самом деле это придумал?

Стас Шмелёв: Ну нет, это я сейчас образно сказал про

Кирилл: ноги. Так, значит, можно на это ставить ноги. Ну, в общем, я испытываю огромный кайф от того, что я являюсь таким серым кардиналом, тем, кто всё видит, всё руководит, у меня в некоторых местах там стоят камеры, я могу видеть, как работают сотрудники. То есть, ну, если так можно выразиться, то я сейчас начальник. Не хотел бы говорить, что я большой начальник, потому что предприниматель. Ну, скорее всего. Наверное. Я никогда в жизни к себе не слышал такого слова. Да. Ну, а как это ещё назвать? Ну, кстати, вот, чтобы тоже зрители понимали, насколько я скрытный в этом смысле слова. Ну, хотя все уже услышали, что я всё рассказываю, да, без проблем, я открытый человек. Но этого вот чем я занимаюсь, не знает даже мой отец. Угу. Э-э, которому я сейчас рассказываю всё, потому что мы где-то с восемнадцати лет стали прямо друзьями. Не знает мой лучший друг. Э-э-э, ну вот, ну никто не знает. С Кириллом я достаточно открыто общаюсь. Мы не так давно знакомы, но мы очень много друг о друге знаем. Сегодня он меня ещё больше узнал. Э-э-э, мы, кстати, в интернете познакомились, и я-я первым написал. Да, я хотел эту историю. Если хочешь, да, ты расскажешь её, я буду рад. рад. С твоей стороны, как это было, поскольку... Ну, хотя...

Стас Шмелёв: Я думаю, что у нас одинаковые стороны. У меня... Мы к этому вопросу уже идём. Не-не-не, мы всё, я тут ответил, я предприниматель. Историю про бизнес.

Кирилл: Ну, я так понимаю, что ты просто что...

Стас Шмелёв: Нет, если есть какие-то ты считаешь, советы, которые я могу дать слушателям, то я готов на них ответить. Мне просто интересно, Что ты называешь бизнесом? И как ты перешёл в эту?

Кирилл: Мне просто интересно, что ты называешь бизнесом и как ты перешёл в это?

Стас Шмелёв: Я считаю бизнесом. Я никогда не формулировал для себя это, давай я попробую. Наверное, когда ты вкладываешь сумму, она проектом отбивается недолго, потому что долго, понятно, любой может долго отбить, да? Недолго. Допустим, я вложил сумму, бац. Был сумму. Бац через полгода она окупилась, а дальше компания начала постоянно в месяц приносить определённые деньги. Постоянно.

Кирилл: Ну, подожди, как ты до этого дошёл? У тебя просто были какие-то свои идеи, может быть, какие-то книги? Или у кого ты набрался? Или просто ты видел, что можно что-то сделать?

Стас Шмелёв: Ну, не знаю, наверное, для меня, вот как я уже говорил, авторитет отец, и я, наверно, смотрел, как он И я, наверное, смотрел, как он что-то делает. Хотя нет, наверное, это неправильный ответ. Не знаю, откуда я набрался, просто на меня внезапно свалилось. Ну, как внезапно? Я любил кино. И это не внезапно, что я стал режиссёром монтажа, это моё решение. Поэтому не внезапно мне предложили снимать, я для этого много делал. И не внезапно у меня получилось снять несколько про...внезапно у меня получилось снять несколько проектов и заработать денег.

Кирилл: Мне... То есть просто у тебя был капитал, и ты понимал, что надо

Стас Шмелёв: им... Он не то чтобы был, он у меня внезапно появился. Вот. Ну, как опять же, как внезапно? Я один фильм снимал 8 месяцев, другой фильм я снимал 3 месяца. По сути, год был только съёмок и ещё год монтажа. То есть 2 года я зарабатывал хороший Два года я зарабатывал хороший капитал. Ну,

Кирилл: это только хороший. А всего я работал, как ты помнишь, уже лет 20, с 9 лет я работаю. Э-э-э и-и-и ну вот это просто как-то привело меня к тому, что некуда тратить деньги, а чтоб они просто лежали в банке

Стас Шмелёв: глупо. А покупать машину на все деньги

Кирилл: глупо. Я понимаю. Ну, то есть, в принципе, сейчас ты можешь сказать, что ты занимаешься в первую очередь своими бизнесами и ты занимаешься предпринимательской деятельностью. А-а... Могу. Да. Но как-то ты можешь ещё охарактеризовать то, чем ты занят

Стас Шмелёв: сейчас? Я могу охарактеризовать это счастьем. Характеризовать это счастьем.

Кирилл: Потому что что для тебя

Стас Шмелёв: счастье? Вот у меня, как я уже сказал, есть там, ну, я не знаю, как это назвать, бизнес-очки, я обычно называю, потому что это такие маленькие штучки, их много, и они разные. Вот. Ну то есть, по сути, это разные компании. И я владелец нескольких компаний. И несмотря на это, в чём заключается моё счастье? У меня будильник ст Счастье. У меня будильник стоит тогда, когда я хочу. Я могу без будильника спать. Я могу спать всегда с бесшумным режимом, потому что я главный. И я главный и не нравоучитель. То есть, я вот я-я вполне допускаю, что там пройдёт 3 месяца, я к тебе обращусь и скажу: Кирилл, а вот не хочешь ли ты быть начальником вот в такой компании? Вот, потому что я же кого-то делаю начальником, да? И бац, я тебе скажу: «Вот смотри, вот тебе вот такой процент, вот такой». Но самое главное ты меня не достаёшь. Потому что я уже сделал главное. Я сделал так, чтобы этот проект работал, я дал ему финансовую составляющую, и я нашёл на неё хорошего руководителя, тебя. Вот теперь ты вот за такую-то зарплату, иди-ка и парься этим. А я буду раз там в недельку проверять. Грубо говоря. Угу. И это не значит, что это модель моего. Это я просто сейчас сказал, такое возможно. Вот. И это реально счастье, когда вот когда мы сейчас находимся у меня дома, и когда Кирилл пришёл, он увидел меня за монтажом ролика. Я сейчас делаю для киностудии. Ой, не для киностудии, а для студии рисования. Я делаю ролик. Его можно воспринимать как рекламный ролик. Но это просто такая, ну, как бы, промо-видо, для того чтобы люди узнали о студии рисования. Меня попросил сделать мой друг, потому что мы там давно дружим, и он знает то, что я умею снимать. Он не кого-то позвал это сделать, а меня. И я это делаю вот вместо того, чтобы заниматься какими-то финансовыми учётами и так далее. И я это делаю вот сейчас десятого мая, а вчера было девятое мая, и я это тоже сидел и делал. А-а, и я начал это делать тогда, когда мне захотелось. Вот тогда он меня попросил, типа, когда-нибудь снимешь». Я подумал: «Вот сейчас такой момент, что вот за эту неделю я хотел бы пойти снять, а потом прийти смонтировать, наложить музычку и так далее». Невероятное счастье, когда у тебя нет начальника и когда никто тебя не подгоняет сроками. начальника? Э-э, когда снимал первый фильм?

Кирилл: Когда ты это понял, что ты не хочешь иметь начальника? Когда ты понял, что ты не хочешь иметь

Стас Шмелёв: Угу. То есть у тебя всё-таки был?

Кирилл: А кто начальник над режиссёром?

Стас Шмелёв: Продюсер и-и но в первую очередь здесь, из-за того, что я хотел сделать очень хорошо фильм, для меня, как бы это пафосно ни звучало, главным начальником был я.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Я не позволял Был я. Я не позволял себе снимать кадры тяп-ляп. А он, он есть. Я-я не стесняюсь сказать, что «Проект Провокатор» снят круто. Потому что трейлер можно посмотреть этого фильма. Ну, правда, эту запись сейчас может кто слушать и в 2023 году, проект «Провокатор» уже 10 лет, и вряд ли он выглядит круто, да. Но на мо- И вряд ли он выглядит круто, да? Но на момент тринадцатого года я не видел русский сериал, который снят круче, чем про...

Кирилл: Да, я видел трейлеры, действительно круто.

Стас Шмелёв: Спасибо. И я был для себя большим начальником. То есть я был таким критерием, который прямо... Я спать не мог нормально, когда снимал этот фильм 8 месяцев. Я постоянно был в тисках между собой, когда мне нужно снять хорошо вот эту сцену, вот эту. А у меня вот этих сцен 12 за сегодняшний день. И на эту сцену мне дан только час. И я хочу её снимать целый день, потому что она крутая сцена. Но я себе сам начальник, и я себе не позволяю её снять максимально круто, а позволяю себе снять только хорошо.

Кирилл: И у меня меня от этого начинается постоянный стресс, и он идёт 8 месяцев, и я начинаю ненавидеть это. Ну, ты можешь сказать о том, что ты преодолевал свой перфекционизм в сторону чего-то достаточно хорошего? Могу. То есть, ну, это...

Стас Шмелёв: И это, кстати, мой главный минус в жизни, то, что перфекционизм. Да, перфекционизм, который, который увы, но конвертируется в прокрастинацию.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Потому что из-за того, ну, нужно тут объяснить, что такое. Можешь ты объяснить? Прокрастинация это когда ты откладываешь дела. Да. Это с одной стороны, кто-то мог бы объяснить как лень, но прокрастинация это не лень. лень. Это желание не браться за какую-то вещь, которую ты сам считаешь важной. Ты её откладываешь подальше. И вот у меня это именно из-за перфекционизма связано. У меня вот, например, проблемы с видеоблогингом, да? Из-за того, что я тот, кто вроде как должен делать хорошо, ну, привык делать хорошо. А вот я считаю, что я сейчас не могу сделать максимально хорошо, поэтому отложу-ка я это и сделаю попозже.

Кирилл: То есть всё-таки ты считаешь, мы немножко сейчас перескакиваем, но ты считаешь, что ты не начинаешь свой видеоблог из-за того, что ты откладываешь это?

Стас Шмелёв: Я не могу сказать, что я его не начинаю. Я его начал очень давно. Но я его не выкладываю, скажем так. Но на самом деле то, что не выложено, его не существует практически. практически. Ну, грубо. Ну, прости, Стас. Ну... Ну, хорошо. Реально, но для всех нас его нет. Хорошо, я не против. Но почему ты не выкладываешь? Потому что Стас уже давно снимает, насколько я знаю. Вот это вот ты слишком уже перескочил, конечно. Да. Я могу это удалить. Ну нет, не удаляй. Да. Мы считаем, что мы с кино закончили. В целом, да, наверное, ну... Да. И тогда какой вопрос? Как я стал? Ну, не-е, я поняли о том, что ты тогда именно понял, что ты хочешь быть сам себе начальником и-и-и понимать, сколько ты хочешь потратить на что времени. Да. Ну, в общем, ладно, закончим с этим. Мы... Прости, прости, что я тебя... Мы общаясь сегодня вечером Сегодня весь вечер я блогинг откладывал на второй план всё время. Но несмотря на это, он постоянно был со мной, вообще постоянно. Когда я впервые увидел там камеры, фотоаппараты и что-то ещё, мне всегда хотелось запечатлевать этот момент для того, чтобы потом его можно было смотреть самому, с друзьями, с семьёй, с родителями. потом внукам показывать. Я всегда находил в этом прямо крутую такую романтичную, сентиментальную составляющую. Я лично мечтал бы вот сейчас сидеть со своими друзьями и смотреть, как проводил свою жизнь мой дедушка, например. Вот если бы мой дедушка снимал влоги, я-я бы точно их смотрел. Я бы прямо смотрел, как он говорит: «Вот мы с друзьями тут на подводной лодке, вот я скучаю по жене, вот здесь мы в кинотеатр идём за 12 копеек, а вот тут мы подрались, вот тут у меня нос разбитый».

Кирилл: То есть это же, это было бы, ну, просто супер. И я никакой никоим образом не Я никоим образом не стесняюсь того, что я заранее думаю о своих внуках. Да. И да, чёрт

Стас Шмелёв: возьми, они будут смотреть мои влоги, потому что им будет интересно, что их дед делал в 25 лет. И там, ну, не суть, не только внуки, ещё сын будет ещё, да, дочь. У меня в семье, я уже говорил, что у отца пять детей. И они тоже будут смотреть мои влоги. И я поэтому снимаю вообще всю жизнь. Сколько я вот помню, как я впервые увидел камеру, столько я и снимаю.

Кирилл: В свою, в смысле, жизнь?

Стас Шмелёв: Да, исключительно свою. Естественно.

Кирилл: Ну, в смысле, не на съёмочной площадке, а именно себя. И съёмочную площадку я

Стас Шмелёв: снимал. Я имел в виду, не

Кирилл: как оператор на съёмочной площадке, а как просто...

Стас Шмелёв: Ну да, да, и именно лайфстайл, то, что вокруг меня. И когда-то у меня появился первый мобильный телефон. Это была Nokia 660, такая пузатенькая, но у неё не было карты памяти, то есть денег хватило только на телефон. Карты памяти не было, поэтому можно было писать только на собственную память телефона, а он способен был только на 9 секунд. И поэтому я снимал всегда только один короткий ролик, и потом мне приходилось его всё время удалять, чтобы снять следующий. И-и-и у меня не было провода к телефону, то есть я не мог никуда скинуть это. И поэтому я уже тогда приучился короткую мысль делать, то есть снимать девятисекундные ролики. Таким образом я за там лет семь, наверное, до того, как появилось приложение Wine, или лет десять даже до этого, уже начал делать девятисекундные короткие вайны такие, понимаешь? И-и-и потом со временем у меня появился ноутбук, у которого была веб-камера. Веб-камера.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: И приложение, э-э, нет, программа. Программа на ноутбуке, которая позволяла видеть себя через эту веб-камеру и снимать на видео. И качество у этой веб-камеры было 240.

Кирилл: Это во сколько? Это в 20 раз меньше, чем то, что есть сейчас, да? То есть, в 20 раз хуже, чем то, что есть есть сейчас.

Стас Шмелёв: Почему я два раза повторил одну и ту же фразу, непонятно? Я не заметил. И-и-и... И я с ноутбуком начал ходить по улицам. Я начал где-то, ну, там даже элементарно, в актёрской комнате ронеток, я начал включать ноутбук и записывать то, что происходит у нас. И всё время, когда была возможность, была и есть возможность снять что-то классное, что есть в моей жизни, я это снимаю и откладываю по той причине, что вот снял, и сегодня это неинтересно.

Кирилл: Угу.

Стас Шмелёв: Снял и завтра это ещё не имеет какой-то романтичности, сентиментальности, ещё никто не говорит: «Ух ты, это же мы!»...говорит: «А, ух ты, это же мы, это же мы тогда были!» Ещё все помнят это. А вот когда я сейчас монтирую, например, съёмки с Ронеток с 2008 года, съёмки, которым уже 8 лет, да? И я

Кирилл: показываю это кому-то. Например, там мы снимались с актёром Димой Тихоновым, тоже

Стас Шмелёв: мой друг. Вот он говорит: «Ни фига себе, это же мы!» Или актёр Артём Лысков он тоже

Кирилл: удивляется, как мы с ним вместе. И там он говорит о том, что вот это Стас Шмелёв, он недавно в нашем сериале. Угу. И это

Стас Шмелёв: действительно круто. И я убеждён, то есть меня многие убеждают в обратном. Но я убеждён, чем дальше времени пройдёт, тем ещё будет больше веса у этих видео. А отвечая на твой вопрос, интересно, почему я не выкладываю? Не знаю, почему. знаю, почему я не выкладываю. Ну, понимаешь, можно сказать, что ленюсь. Угу. Но значит, я ленивый человек. Но мы же все понимаем, и ты, и я, и твои слушатели, что меня ленивым назвать нельзя.

Кирилл: Да, сложно, сложно. Но то, что у меня присутствует именно к видеоблогингу максимальная прокрастинация, это я признаю. Нация. Угу. Это я признаю. Но в целом ты всё равно плавно идёшь к тому, чтобы хоть что-то начать когда-нибудь выкладывать. Ультраплавно. Ультраплавно. Да.

Стас Шмелёв: Но так или иначе, всех буду рад видеть на своём канале. Так, у нас два канал-то у меня уже существует. Да, канал существует. Ссылка обязательно будет, так что заходите к Стасу, и чем быстрее вы будете подписываться на него, тем больше Стас будет хотеть что-то. Причём канал не просто существует, он существует раньше всех видеоблогеров, которых вы знаете, потому что он существует с 1 августа 2007 года. Да, и там есть очень известное видео, которое, когда я посмотрел, я понял, что все его видели тогда, которое ты смонтировал из каких-то кусочков. Ну, посмотрят. Да. в общем, увидите там. Добро половать. Больше миллиона, миллион шестьсот просмотров или сколько там? Ну, по-моему, миллион восемьсот. Да-да-да.

Кирилл: Причём миллион 800 набрано вообще в каком-то две тысячном. Очень давно восьмом году, когда мне кажется, только миллион. Вообще никто миллиона не набирал.

Стас Шмелёв: Да. В общем, я всех буду рад видеть на своём канале, и действительно можете смело подписываться, несмотря на то, что влоге Подписываться, несмотря на то, что влоги пока не выходят, они точно будут. Отлично,

Кирилл: спасибо, Стас, большое. И я думаю, что мы возьмём ещё прямо 10 минут, чтобы ты ответил на прямо вопросики, которые... Давай. Готов. Можешь ли ты сказать, что переломным моментом был именно твоя девятилетняя поездка в лагерь? А-а и что она, в принципе твой подход к жизни. Да, именно так я

Стас Шмелёв: ответил с самого начала.

Кирилл: Что бы ты мог сказал такому же парню, как ты, двадцатилетнему, уже сейчас? То есть, может быть, у тебя был какой-то ему совет? То есть не самому, не самому себе, но такому же, как ты?

Стас Шмелёв: Хмм. Прось и занимайся только YouTube.

Кирилл: Да-да.

Стас Шмелёв: То есть ты считаешь, что YouTube это действительно моё самое любимое на данный момент. Я люблю интернет и YouTube больше, чем кино. И поэтому я сейчас отказываюсь от кинопроектов как режиссёр-постановщик, потому что я в этом не вижу будущего и не хочу заниматься мёртвой индустрией именно в моей стране, она мёртвая. Угу. Но, кстати, тут нужно добавить, что я недавно посмотрел фильм «Экипаж», и вот это очень хорошее кино нашей страны.

Кирилл: Я ещё не смотрел, обязательно посмотрю. За что ты можешь сказать, что ты гордый в своей жизни? Чем ты гордишься каким-то событием, достижением? понимаю, что, может быть, это сложно.

Стас Шмелёв: Да, это сложно для перфекциониста всегда. Во-первых, это для перфекциониста, а во-вторых, для того, кто, собственно, сам никогда не любит хвалиться. Может быть, если такой... Я, может быть, и вызываю ощущение человека того, который иногда хвалится, но это исключительно из-за того, что мне задают воп Хвалятся, но это исключительно из-за того, что мне задают вопросы. Угу. Я горжусь, ну, проект «Провокатор» было непросто снять. Я горжусь. А, я горжусь отношением людей ко мне, потому что это точно. Вот сейчас я точно ответил на вопрос. Потому что несколько людей мне говорили невероятно приятные вещи, ну, например, та же вот эта вещь с Даже вот эта вещь совмещена с проектом Провокатор. Есть невероятно ушлые люди на площадке, которые очень любят деньги. Это осветители. Это такие ребята, они всегда весёлые, их всегда бригада, они им выплачивают переработку. То есть все съёмочные площадки работают 12 часов, некоторые люди получают за 13 Некоторые люди получают за тринадцатый час, за четырнадцатый, но не все, а вот осветители получают. И они начинают работать раньше всех. Мы все начинаем работать там в 10:00 утра, допустим, да, с 10:00 до 10:00. А-а, это тогда, когда на площадку приехал. А они начинают работать, когда они загружают машину осветительными приборами. То есть в 8:00 утра начинают в 8 вечера заканчивают, и вот вся съёмочная площадка работает до 10:00, а у них пошёл дополнительный тринадцатый, получается и четырнадцатый. Да. И у них постоянно деньги. И вот эти ребята любят деньги. И ну это нормально. Это как, не знаю, как если бы в казино кого-то уличили бы. Каждый что-то своё любит. Так вот, то, чем я горжусь, когда закон... Так вот, то, чем я горжусь. Когда закончился проект «Провокатор», ко мне подошёл один из осветителей. И он сказал, что Стас, если ты продолжишь снимать кино так, как ты снимал «провокатора», то я готов работать с тобой без переработки. Ну, переработка называется вот эти. И я понял, что это огромный комплимент. Вот, ну «Умный комплимент». Вот, ну, не хотелось бы, знаешь, гордиться всего лишь вот этой фразой: «Наверное, я горжусь чем-то ещё». Но, ну, типа, я не зацикливаюсь на этом, не заостряю внимания. Я помню комплименты какие-то в своей жизни и горжусь именно отношением людей. Там, например, мне когда-то сказали, что я думаю, что ты будешь замечательным отцом....замечательным отцом. Мне кажется... Я горжусь этой фразой. Прости, конечно, но мне кажется, что ты очень, тебе очень нравится, что у тебя много друзей. Теперь. Да, однозначно. Ну, наверное, это и есть. Наверное, тогда это и есть ответ, что я горжусь отношением людей ко мне. Да. Что я заслужил их отношение ко мне. Да, я горд, точно.

Кирилл: Скажи Вот точно. Скажи, пожалуйста, выдели какие-нибудь пять твоих любимых вещей, без которых ты не можешь, которые бы ты хотел всегда иметь при себе? Есть у тебя такие? Интернет? Угу.

Стас Шмелёв: Ну, это то, что я хочу иметь при себе. Но больше всего я люблю, конечно, еду.

Кирилл: Ага.

Стас Шмелёв: Да.

Кирилл: Я не... Да, ты любишь прямо есть? Я Я очень обожаю кушать. Я очень люблю чипсы и шоколад. Ну, давай, это будет еда, интернет. Ну, когда я сказал интернет, то получается, что я сказал уже и про телефон, и про ноутбук, да? Ну,

Стас Шмелёв: это, конечно... Ну ладно, тогда давай это будет еда любая. Да, любая. Хмм. Телефон. Камера. Угу. Ну такое ощущение, что с этим я проживу где угодно. Ну, в принципе, да.

Кирилл: Э-э-э. Какую личностную характеристику ты можешь назвать своей самой сильной? Если есть такая и ты можешь её выделить? Или опять же это как бы сложно, но Сложно, но...

Стас Шмелёв: Думаю, это... Я знаю, что я имею в виду. Я не могу сформулировать. Самое сильное во мне это то, что вот если я вот захотел вот это сделать и принял решение, что я это делаю, то я это точно сделаю. Целеустремлённость? Вот я не считаю себя целеустремлённым человеком. Это как будто, знаешь, целеустремлённый человек это который стремится к цели. Я к ней не стремлюсь. Но элементарно, если я тебе сейчас скажу, что я за пару месяцев похудею на 15 кг, я возьму и сделаю это. Что это такое? Я не знаю. Вот это, наверное, во мне самое сильное. Что я взял и, ну, сказал себе: «Я перестаю курить». Держишь слово? Мне кажется. Ну, наверное, перед собой. То есть я честный человек, так. Честный перед собой во всех планах.

Кирилл: Мне кажется, кстати, ты это...

Стас Шмелёв: Да, но В твоих планах? Мне кажется, кстати, ты это...

Кирилл: Как выглядит для тебя твой идеальный день?

Стас Шмелёв: Да, но если я пообещаю себе, что я не буду есть чипсы, я обману себя. Значит, я нечестный с собой. Проснуться без будильника, но в 8:00 утра. Я очень люблю вставать рано. Да, у меня это не очень получилось. Это рано.

Кирилл: Да. У меня это не очень получается, и я завидую тебе, потому что ты встаёшь и в 6:00 утра.

Стас Шмелёв: Ну, я тоже иногда, когда как... Ну, тем не менее, идеальный день начинается очень рано, потому что к двум часам дня ты успеваешь сделать настолько много вообще, что да, идеальный день это точно подъём в 8:00 утра, но без будильника. То есть сам встать в 8:00 утра. Никогда в жизни не задавай. Никогда в жизни мне не задавали этот вопрос, и я видел его в других интервью. Я никогда не знал, как я буду на это отвечать. Нет пробок. Ну, тебе примерно как на майские праздники: нет пробок, потому что я сейчас очень кайфанул от их отсутствия. Есть автомобиль, он кабриолет. Он т Он кабриолет. Он точно вписывается в идеальный день. Ну, это уже, ну да, я точно вижусь с друзьями в мой идеальный день совсем идеально, если я ещё и с отцом увижусь. Но так как он дружит с моими друзьями, а они обожают его и у них есть его телефон, и они его зовут, то это вполне подходит сюда. То есть в идеальный день мы вписываем ещё и моего отца. Очень много шоколада обязательно вписываем в идеальный день. Ты любишь шоколад? Очень люблю шоколад, гору чипсов, пожалуйста, в идеальный день. Спортзал тоже давайте в идеальный день, потому что я люблю спортом заниматься, баскетбол. Э-э-э не садящийся телефон. Хмм. Вот видишь, всё, как будто уже сказал. Вот и идеальный день. Тогда захотел. Ничего себе, никогда не формулировал идеальный день. В общем, только рисовать ещё можно, мне кажется, рисовать это клёво.

Кирилл: Хмм. И, наверное, последний вопрос о том, как найти призвание в своей жизни и то, чем ты хочешь действительно заниматься, как это понять из своего опыта, может быть, ты можешь выделить какие-то советы?

Стас Шмелёв: Только на своём опыте я и могу, как-то опираться на него и исключительно, как бы это ни звучало, вообще вся Как бы это ни звучало, вообще все так говорят, но делай только то, что нравится. Потому что вот когда я не знал, кем я хочу быть, то я не пошёл в институт. И пошёл только тогда, когда сформулировал при Леониде Ермольнике то, что я хочу быть режиссёром, а он мне посоветовал идти на продюсера. И я любил кино, и я захотел им заниматься. И когда я работал курьером, я, естественно, не любил курьер. Когда я работал курьером, я, естественно, не любил курьерство. И когда я работал звукооператором, я не хотел заниматься этим звуком. Но как только я стал режиссёром-постановщиком и то, о чём я мечтал там лет 20, то есть бабушка говорит, что я в 4 года сказал, что я буду снимать.

Кирилл: Ну, ты сам понимал это тогда?

Стас Шмелёв: А впервые я начал снимать в 24, то есть 20 лет мне понадобилось. Несмотря на это, как только я понял что YouTube я люблю больше, с тех пор я перестал относиться серьёзно к режиссуре кино и хочу снимать только для YouTube, мне кажется, я как-то размыто ответил на твой вопрос, если вообще я на него ответил.

Кирилл: На самом деле, мне кажется, что самое сложное это именно понять, видимо, что тебе нравится. Да, потому что есть Тебе нравится? Да, потому что если тебе это что-то нравится и ты это делаешь лучше других, то ты точно будешь успешен.

Стас Шмелёв: Да.

Кирилл: Но как понять, что нравится? Надо пробовать многое.

Стас Шмелёв: Не знаю, вот видишь, я до девятнадцати лет не знал, кем я хочу быть. Ну, то есть, это бабушка говорит, что я в 4 года захотел стать режиссёром, да? Но я до девятнадцати лет, ну, по сути, ничего не делал. Я, ну, по сути, ничего не делал. И когда я в 15 лет смотрел Скуби-Ду, Пинки и Брейн и Фабрику звёзд, я просто лежал на диване и просто смотрел телевизор. И ничего не делал. Ну, играл в Counter-страйк ещё немного. Просто потому что деньги хотел зарабатывать.

Кирилл: Да. Спасибо большое, Стас. На самом деле, я, наверное, сам настолько тебя не знал, насколько 3 часа назад, за 3 ч мы обсудили. Назад, за 3 часа мы обсудили. Обязательно напишите нам где-нибудь и Стасу, и мне, если вы дослушали до этой точки, поскольку это 256, если я ничего там большого вырезать не буду. Э-э, спасибо большое, что слушали. И обязательно, на самом деле, напишите ещё какие-нибудь вопросы Стасу. Если вам что-то интересно ещё, мы, может быть, сделаем отдельно выпуск, где Стас ответит на какие-то конкретные вопросы. Но мне хотелось именно в таком формате со Стасом поговорить, поскольку, мне кажется, что Стасу есть что рассказать. И мне было действительно интересно. Спасибо тебе большое, Стас.

Стас Шмелёв: Да, ты меня только что поблагодарил, и я точно так же хочу поблагодарить тебя, потому что я уверен, что у тебя получится вот этот проект с подкастами, и мне невероятно приятно, что первым почему-то ты решил выбрать именно меня. Потому что когда ты мне это предложил, я думал, что ты уже кого-то позаписывал, и я уже какой-то там четвёртый-пятый. Когда я сегодня узнал, что я первый, я был польщён. Я тоже хочу поблагодарить тех, кто дослушал досюда, потому что, ну, вы какие-то невероятные люди. Я никогда в жизни не слушал ничего 3 ч. Хотя, знаете, вот если я узнаю, что где-то Кейсин найстад, я впервые в жизни так называю своего видеоблогера. Спасибо Кириллу, что он меня научил. Если я узнаю, что он 3 ч где-то говорит на понятном мне языке, и ещё и вот так вот достаточно откровенно, то я с удовольствием пойду и посмотрю. Собственно, я это и делаю на его канале, на котором материал больше чем 3 часа. Да. В общем, спасибо вам большое за внимание. А тебе, Кирилл, спасибо, что предложил. Спасибо всем, друзья. Надеюсь, что было интересно. Обязательно пишите вопросы и всё, что вас интересует. И спасибо за то, что дослушали ещё раз, поскольку это действительно вышло долгое интервью. Какое-то действительно вышло долгое интервью. Надеюсь, что оно было не очень смешанным и как Кирилл говорит в конце всех своих видео. И пока-пока! Да, всем счастливо и пока-пока.